Он бросает почту обратно в корзину и качает головой.
— Твоя дочь вела себя как настоящая маленькая сучка все время, пока нас не было, вот что происходит. Тебе нужно что-то сделать с таким отношением.
Мое лицо вспыхивает от гнева. Я никогда не слышала, чтобы он так отзывался о Харлоу.
— Что бы она ни сделала, обзываться нельзя. Расскажи мне, что произошло.
Я оглядываю его через открытую дверь. Его Mercedes стоит на холостом ходу у обочины. Бриттани, сидящая на пассажирском сиденье, грызет ноготь большого пальца. Заметив, что я смотрю на нее, она быстро отворачивается.
— Твоя дочь посреди ночи сбежала из отеля, чтобы повеселиться с какими-то парнями на пляже. Когда я нашел ее, она была под кайфом и полуголая, танцевала вокруг костра без рубашки.
Эта новость повергла меня в ужас.
— Она принимала наркотики?
— И, вероятно, подверглась сексуальному насилию, да. Чья машина припаркована в…
Глядя через мое плечо, он замолкает. Его глаза расширяются, а рот приоткрывается.
Ник все еще стоит с разинутым ртом, когда Картер подходит ко мне сзади.
Он спокойно говорит: — Она моя, — и кладет руку мне на бедро, двумя простыми словами заявляя о праве собственности и на меня, и на его машину.
Ник в растерянности смотрит на него с нескрываемым удивлением.
У меня возникает странное желание расхохотаться, но я сохраняю самообладание и представляю их друг другу.
— Картер, это мой бывший муж, Ник. Ник, это Картер МакКорд.
Ник начинает моргать, как будто пытается подать сигнал о помощи азбукой Морзе. Это забавно, но в то же время раздражает. Он не может поверить в то, что видит, как будто мысль о том, что я буду с другим мужчиной, так же невероятна, как мое решение стать астронавтом.
Ник выходит из оцепенения и высокомерно говорит: — Мне все равно, кто ты, парень, но это мой дом. Убирайся к черту.
Я сердито говорю: — Прекрати, Ник, и перестань быть собственником. Мы оба знаем, что тебе все равно. И это мой дом. Я получила его при разводе, помнишь? Картер никуда не уйдет.
Мне не нужно оборачиваться, чтобы понять, что Картер и Ник сверлят друг друга взглядами, но я испытываю огромное удовлетворение, когда Ник первым отводит глаза.
Он бросает на меня тяжелый взгляд, затем поворачивается на каблуках и выходит, не сказав больше ни слова.
Я беру ключи Харлоу, которые висят в замке, и закрываю за ним дверь.
— По шкале от одного до десяти, где десять – «мудак», малыш, твой бывший – на одиннадцать баллов.
Я поворачиваюсь к Картеру. Неудивительно, что Ник сбежал. Его челюсть сжата, а красивые голубые глаза горят гневом. Выражение его лица говорит о том, что он замышляет войну.
— Я сожалею об этом. Уверена, что ты не так представлял себе свое утро.
Убийственное выражение его лица смягчается.
— Не беспокойся обо мне. Как у тебя дела?
Застонав, я прижимаюсь лбом к его груди.
— Я в порядке, но мне нужно поговорить с Харлоу. Очевидно, она сбежала из отеля, чтобы повеселиться с какими-то парнями, и это не первый ее плохой поступок.
— Если бы мне пришлось провести отпуск с этим придурком, я бы тоже сбежал.
Улыбаясь, я поднимаю голову и смотрю на него снизу вверх.
— Я уверена, она оценила бы твою поддержку, но это не поможет.
Картер сжимает меня в объятиях и целует в кончик носа.
— Мне жаль. Я пойду оденусь и уйду от тебя, чтобы ты могла разобраться с ситуацией.
Его глаза темнеют.
— Но, если этот придурок вернется и начнет доставать тебя, я хочу, чтобы ты позвонила мне.
Я поддразниваю: — Зачем? Ты собираешься избить его из-за меня?
Его улыбка мрачная и загадочная.
— Что-то вроде того.
Картер шлепает меня по заднице, затем неторопливо уходит, направляясь наверх. Несколько минут спустя он находит меня на кухне, где я сижу за столом, потягиваю кофе и размышляю о том, как вести себя с Харлоу.
Девочки-подростки похожи на диких кошек. С ними нужно обращаться крайне осторожно.
— Я ухожу, красавица. Ты позвонишь мне позже?
— Позвоню.
Он наклоняется и нежно целует меня в губы. Глядя мне в глаза, он бормочет: — Прошлая ночь была потрясающей. Спасибо.
Это заставляет меня улыбнуться.
— Так и было. И не благодари меня. Мне было очень приятно.
Картер снова целует меня, затем выпрямляется.
— Удачи с Харлоу. И помни, позвони мне, если тебе понадобится помощь с Крошкой-Ником.
Он щиплет меня за нос и уходит, прежде чем я успеваю ответить. Я слышу, как открывается и закрывается входная дверь, затем двигатель Corvette взрёвывает.
Как только звук затихает вдали, я поднимаюсь наверх, чтобы одеться и разобраться с дикой кошкой.
24
СОФИЯ
Я стучу в дверь Харлоу, давая ей несколько секунд на то, чтобы разрешить мне войти. Когда она не отвечает, я открываю дверь и обнаруживаю, что она лежит на кровати лицом вниз, раскинув руки и ноги и уткнувшись лицом в подушку. Она выглядит так, будто выпрыгнула из самолета.
Я сажусь на край матраса, провожу рукой по ее длинным шелковистым темным волосам и спокойно говорю: — Итак, поездка в Мексику оказалась неудачной.
Она всхлипывает в подушку и кивает.
— Почему бы тебе не рассказать мне, что случилось?
