Шарлотта, как всегда, ведет себя, как расфуфыренная принцесса. Вчера заявила, что ты, наверное, работаешь прачкой или служанкой, если не в трактире, на что ей сказали, что ты графиня теперь! А Кэролайн даже сказала, что у тебя куча красивых платьев и тебя катают на карете. Шарлотта аж подавилась! Круто, наверное, быть графиней, да, Гвенни? Наверное, ты короля видела! Короче, мы с Кэролайн очень скучаем и ждем тебя скорее домой.
Любим, скучаем, твои брат и сестра.
P.S.
Только про шляпу и саблю не забудь!
Иллюстрация: http://radikall.com/images/2014/03/18/n6aXy.jpg
========== Безумие любви. Гвендолин, Гидеон и Бенедикт ==========
Опсихопатиться до мозга костей.
А.П.Чехов
Моя любовь была безумием. То, что называют безумием, для меня единственный разумный способ любить.
Ф.Саган
- А вот и я, - протянул довольно Гидеон. Такое выражение лица Гвендолин видела у него впервые: некая смесь звериного оскала, красивых черт и диагноза дебилизма. Бенедикт покачнулся и медленно двинулся на него со шпагой в руке.
- Бенедикт, даже не смей! - закричала Гвендолин, схватив его за край рубашки и потянув в свою сторону. Тот покачнулся, но на ногах устоял. К несчастью, потому что он тут же двинулся дальше. - Гидеон, какого черта ты творишь?
Дурдом какой-то.
- Граф, я вызываю вас на дуэль. Сейчас же. – Гидеон словно и не слышал Гвен, лишь подавил отрыжку, прижимая кулак ко рту и затем принимая грациозно стойку.
- С радостью принимаю ваш вызов, - с иронией ответил Бенедикт, радуясь такому шансу - раз и навсегда избавиться от этого юноши, чья голова явно должно красоваться где-нибудь в аду, как украшение интерьера. Граф Бенфорд сделал еще шаг вперед и занял удобную позицию.
Охранник с разбитым носом испуганно попятился в коридоры и исчез в темноте, оставляя хозяев наедине.
- Святые угодники, - прошептала Гвен, совершенно не понимая, что делать. Ее ведь даже не услышат!
- Защищайтесь! – Гидеон уверено сделал выпад в сторону графа, тот с легкостью парировал.
Они двигались по комнате грациозно, словно танцевали, делая удары и так же легко уклоняясь от них, только в их движениях чувствовалась некая заторможенность и неуверенность, словно ни тот, ни другой не решался применить полную силу. В какой-то момент рука Бенфорда сделала незаметное глазу движение - Гидеон не успел до конца отклониться, и по его кожаной куртке проехало лезвие, спарывая материал. Де Виллер, воспользовавшись замешательством графа, сделал почти такой же выпад, и уже на плече у графа красовался разрез, где белая легкая ткань рубашки сразу заалела от крови.
- Прекратите! - закричала Гвендолин, до которой наконец-то начало доходить, что, не смотря на всю комичность этой ситуации, дело приобретало кровавый и весьма серьезный оборот. Эти пропойцы, не прилагая особых усилий, могут убить друг друга. Сразу отчего-то вспомнилась картина из «Сумерек», где главная героиня режет себе руку, чтобы отвлечь врагов от своего возлюбленного. А что делать самой Гвендолин? В соответствие с нормами 18 века - однозначно падать в обморок. Только это казалось ей таким комичным, что она не особо спешила.
В этот момент Гидеон, уклоняясь от ударов графа, начал с ним беседовать. Их разговор можно было бы назвать даже милым, если бы они не желали друг друга проколоть, как коллекционер бабочку иголкой.
- Говорите, граф, я разумно мыслить не умею?
- Судя по вашему виду и действиям, теперь я точно уверился в вашей неспособности мыслить разумно, - усмехнулся Бенедикт, словно разговаривая с лучшим другом, а не врагом. Но, однако, смог вывернуться так, что кончик шпаги распорол рубашку Гидеона.
- Ну, слава богу, мне не приходится вас соблазнять своими способностями, как-то предпочитаю женский пол, например, графиню Бенфорд. Кстати, я целовал вашу жену, и она мне отвечала, правда, Гвенни? – Гидеон даже умудрился подмигнуть девушке, в то время как его шпага в опасной близости пронеслась рядом с шеей графа.
В эту секунду в голове Гвендолин пронеслась лишь одна мысль: что, если Гидеона не убьет ее муж, она сделает это сама. Признание, хоть и не было новым, но сильно резануло по душевному спокойствию. От ярости Бенедикт сделал непроизвольный выпад вперед и оставил на груди Гидеона царапину в виде буквы “z”.
- Да, в галерее, вовремя суаре! Ты этим, наверное, гордишься? Сорвал поцелуй! Заслуга достойная истинного джентльмена!
Гидеон во время отпрыгнул, чтобы шпага не пропорола ему еще живот, показывая весь его богатый внутренний мир, но рубашку мадам Россини было уже не восстановить, она клочьями повисла, оголяя торс. В комнате было холодно, но Гидеон не чувствовал этого.
- Гвен останется со мной, - де Виллер сделал выпад вперед. Бенфорд уклонился, и их шпаги скрестились. Теперь они были лицом к лицу, глядя с ненавистью в глаза друг другу. Каждый жал шпагу от себя со всей силы, что руки у мужчин дрожали от напряжении.
- Нет, останется со мной, - тихо произнес Бенфорд, еще сильнее налегая на шпагу.
- Нам ее, как собачку, звать? – прорычал Гидеон, тоже удваивая силу.
