«Помилуй меня, Боже, по великой милости Твоей и по множеству щедрот Твоих изгладь беззакония мои. Многократно омой меня от беззакония моего и от греха моего очисти меня, ибо беззакония мои я сознаю и грех мой всегда предо мною. Тебе, Тебе единому согрешил я и лукавое пред очами Твоими сделал, так что Ты праведен в приговоре Твоем и чист в суде Твоем. Вот, я в беззаконии зачат, и во грехе родила меня мать моя. Вот, Ты возлюбил истину в сердце и внутрь меня явил мне мудрость. Окропи меня иссопом, и буду чист; омой меня, и буду белее снега. Дай мне услышать радость и веселие, - и возрадуются кости, Тобою сокрушенные. Отврати лице Твое от грехов моих и изгладь все беззакония мои. Сердце чистое сотвори во мне, Боже, и дух правый обнови внутри меня. Не отвергни меня от лица Твоего и Духа Твоего Святого не отними от меня. Возврати мне радость спасения твоего и Духом владычественным утверди меня. Научу беззаконных путям Твоим, и нечестивые к Тебе обратятся. Избавь меня от кровей, Боже, Боже спасения Моего, и язык мой восхвалит правду Твою».
Он закончил молиться. В автобусе стояла полная тишина. Затем Глория, возвысив свой мягкий, красивый голос, докончила за него псалом:
«Жертва Богу дух сокрушенный; сердца сокрушенного и смиренного Ты не презришь. Боже».
Мы поднялись с колен. Он вытирал платком слезы. Остальные тоже шмыгали носами.
Затем он обернулся ко мне:
- Я отдал той ребятне свой последний десятицентовик, чтобы они танцевали на школьном дворе. Ты не дашь мне четвертак, чтобы позвонить жене и попасть в метро? Я еду домой.
Обычно я не даю денег наркоманам и пьянчугам, так как те обычно тратят их на очередную дозу или выпивку. На сей раз случай был исключительный. Я сунул руку в карман и достал доллар. Он взял его, обнял меня за шею и коснулся моей щеки еще мокрым от слез лицом. Потом обнял поочередно всех остальных.
- Вы обо мне еще услышите, - пообещал он. - Я к вам приду.
И он не обманул. Два дня спустя он привел к нам в Центр своих жену и детей, чтобы познакомить их с нами. Лицо его сияло. То был свет Божий.
Невозможно полностью избежать неприятных сюрпризов, поместив под одну крышу 40 бывших наркоманов, - особенно когда присматривает за ними молодой, неопытный персонал. Единственное, что не давало нашему «Тин челлиндж» распасться, - это присутствие Духа Святого. Мы сидели на пороховой бочке, любой из нас невольно мог задеть больную психику кого-нибудь из постояльцев - и нас всех разнесло бы в куски. Мы уповали лишь на близость Господа.
Среди обитателей Центра трудно было отличить честных от притворщиков, так как в большинстве своем все они, и мужчины, и женщины, были профессиональными актерами, - в том смысле, что зарабатывали себе на пропитание выдумками и россказнями. Но мы старались им верить, насколько было возможно.
Я был строгим поборником дисциплины и вскоре выяснил, что и они не слишком против нее, если только им это кажется обоснованным и справедливым. Более того, они даже приветствовали ее, поскольку она давала им твердую почву под ногами, ощущение причастности к правильной жизни. Однако я знал, что не все разделяют это чувство.
Обязанность постоянно призывать нарушителей к порядку начала сильно угнетать меня. Множество раз мне приходилось посреди ночи вставать, чтобы навести порядок, а то и выгнать кого-либо за нарушение правил.
Мне приходилось принимать много важных решений. Ко всему прочему нам потребовалось взять в штат несколько новых сотрудников, и я начал остро ощущать неуверенность в своих силах и отсутствие необходимой подготовки. Я слишком мало знал - или не знал ничего вовсе - об административной деятельности, и еще меньше - о психологических аспектах человеческих отношений, важных для поддержания контакта с моими штатными сотрудниками. Со стороны некоторых из них я ощущал зависть - и наши отношения постепенно стали давать трещину.
Во время наездов Дэвида в Центр я пытался объяснить ему, что сталкиваюсь с непосильными для меня проблемами, но он неизменно успокаивал меня:
- Ты сумеешь с этим справиться, Никки. Я верю в твои способности.
Однако проблем от этого не убавлялось. Они продолжали громоздиться на горизонте, точно тучи, предвещающие шторм.
Осенью я вместе с Дэви вылетел в Питтсбург для проповедей, организованных Кэтрин Кульман. Мисс Кульман была одной из самых вдохновенных проповедниц. Основанная ею организация действовала по всему миру. Однажды она посетила наш «Тин челлиндж» и весьма заинтересовалась моей работой. Я водил ее по городу, организовал поездку в гетто. На прощание она сказала:
- Я благодарю Бога за то, что он вывел вас из этих трущоб. Если вы когда-нибудь столкнетесь с трудностями, которые окажутся вам не по плечу, звоните мне.
