Ворон хотел было уже раскрыть их местоположение, плюнув на паникующую девицу, но… опыт не позволил. Лучше пере, чем недо. Голову потом обратно не приставишь и из кучки пепла не возродишься. Поэтому Ворон продолжил лежать рядом с Агнет, мучительно соображая, как им остаться незамеченными. А колдун подбирался все ближе. Он уже начинал злиться, не находя свою серебряную побрякушку.
Ворон потянулся к ножу на поясе — убивать колдуна он не собирался, но один меткий удар в висок отправит того в небытие на время достаточное для того, чтобы четверка покинула это место. Однако прежде, чем наемник осуществил задуманное, а Агнет продышала ему затылок, случилось непредвиденное.
Метрах в ста от них дорога делала резкий поворот, из-за которого вдруг раздалось лошадиное ржание. Колдун тоже его услышал, дернулся, обернулся, и по злому прищуру его глаз Ворон понял, что надо было бить мужика острой стороной ножа, а не рукоятью. К сожалению, всадник, выехавший из-за деревьев, этого не знал. Молодой мужчина никак не мог успокоить своего коня, который нес его вперед. А меж тем колдун направился к своей лошади, смирно стоящей у дороги. В кулаке его зажегся неприятный огонь, он отливал зеленым.
Всадник наконец справился со своим конем и смог его остановить. На свою беду, он оказался совсем рядом с колдуном. В отличие от зоркого Ворона, молодой путник не разглядел тревожных знаков на одежде колдуна и, смеясь, обратился к нему:
— Видели, как он понес? Мой Рок непокорный, любит гонять ветер!
Мужчина задорно рассмеялся и тут же рухнул в траву, как подкошенный. Рок заржал, поднимаясь на дыбы, но колдун вскинул руку, из которой посыпался какой-то черный порошок, и несчастное животное рухнуло вслед за хозяином.
Вдалеке послышались голоса и ржание. Колдун поднял голову. Взгляд его был
— Уходим, — скомандовал он, поднимаясь сам и поднимая Агнет. — Быстро.
— Но мы должны помочь… — начал Ларон.
— Нет! — отрезал Ворон. — Парень мертв, этот колдун знал, что делал. А вот друзья глупого мальчишки подумают на нас. Нам не нужны неприятности, идем!
Для надежности он дернул Ларона. Оставалось благодарить Забытых Богов, что Барст полностью доверял Ворону и уже успел собрать их небольшой лагерь.
— Агнет, демоны Глубин, что ты возишься?! Идем!
Ворон буквально потащил за собой парочку светлых остолопов, уводя их в лес. За ним неотступно следовал Барст. Шум на дороге бил по ушам. Наемник не жалел девочку с эльфом, ведя их быстро и через самые дебри. Зато через полчаса они настолько углубились в лес, что можно было немного расслабиться. И тут же Ворон получил.
— Тупой мужлан! — крикнула Агнет, отправляя в него ком грязи. Промахнулась. Бездарность. — Как ты посмел! Да кто обращается с женщинами!
— Так то женщины, — пожал плечами Ворон и получил пару ударов по плечу. О Боги!
Барст хрюкнул.
— Сколько тебя знаю, Ворон, ты вечно выясняешь свои отношения с женщинами.
— Да что он может! — Агнет тяжело вздохнула, а потом откинула с потного лба русую прядь и направилась дальше в лес.
— Не туда, "умная", — рассмеялся Ворон, вдоволь насладившись глупостями девчонки. — Нам в ту сторону. Ты ведь не хочешь здесь заблудиться? Хотя я бы не отказался тебя "потерять". А ты, Барст?
— Остроухого можно, а девчонка веселая. Люблю смотреть, как тебя бьют, Белый, — хохотнул орк.
Ларон с присущим ему терпением промолчал. Агнет зловеще цокнула, но тоже не стала высказываться.
Ворон повернулся к ней и с обманчивой улыбкой произнес:
— Она скоро отучится это делать.
— Так куда нам идти, о Светоч Знания? — с сарказмом поинтересовалась девчонка. Вот дерзкая!
Ворон счел, что достаточно уделил времени парочки светлых и молча направился в нужную сторону. Благодаря звериному чутье, превосходной памяти и здравому смыслу он мог легко идти по лесу, не блуждая. По крайней мере, сейчас он примерно представлял, где они находятся. Если повезет, к завтраму они вновь выйдут на дорогу — а там до главного тракта будет рукой подать. Ворон слегка злился из-за этого вынужденного крюка, на который они потратят почти полдня, но больше его беспокоила череда черных событий. Словно их прокляли на вечное невезение. Еще и этот странный колдун. Ворон хорошо знал темных волшебников, их поведение и манеру жить. Они не были святыми и не гнушались пролить кровь. Однако подобное душегубство им было несвойственно. Ведь тот одинокий всадник даже не понял, кто перед ним. Ничего не мешало колдуну ответить на приветствие и продолжить поиски своей побрякушки. Или — если он настолько дорожил своей жизнью и боялся за нее — попросту оглушить паренька. Умелому колдуну не составило бы труда это сделать. Но убивать без какой-либо разумной причины.
