Особое место в этой практически семейной идиллии занимала Найли. Со своей супругой Дарес познакомился давно — она жила по соседству. Именно весельчак Валем в свое время подсаживал Дареса на каменный забор, с которого друг благополучно упал, поставив на уши все соседское поместье. В итоге честь молодого паладина пострадала несильно (по сравнению с его многострадальным боком), и семнадцатилетняя Найли, сияя, словно звезда, согласилась стать его женой — несмотря на ругань отца и причитания матери. Так в жизнь Дареса вошла его любимая и ненаглядная леди де Гор, с гордостью носившая свой титул и всегда поддерживающая супруга. Она никогда не лезла в его дела, но была его незримой опорой все эти годы. А недавно, меньше десяти лет назад, у них наконец-то родился сын, Родерик. В маленьком Рики души не чаяла вся семья, начиная с родителей и любящего дядюшки и заканчивая веселым дядей Валемом.
Если в делах Ордена Света Верховный паладин не чувствовал себя уверенно, часто испытывая сомнения и проходя через множество испытаний, то семейный круг его был похож на маленький островок спокойствия и безмятежности. И вот сейчас этот уголок счастья омрачила печаль. Валем знал, что для Дареса смерть Рэлина куда болезненнее, чем любая другая. Да даже умри сам Валем, Дарес бы не так печалился. Он бы, конечно, отомстил за друга, помнил бы его и тяжело пережил бы это, но в итоге смирился бы и принял. Все они были взрослыми людьми и научились преодолевать боль потери. Но Рэлин занимал в сердце Дареса особое место. Младший любимый брат, о котором надо заботиться, которого надо защищать. И которого не уберегли…
Так что слова Найли лишь подтвердили подозрения Валема. Он знал, что для друга это серьезный удар, но Верховный паладин не может же показать, что ему плохо и больно. Он мужчина, воин, глава Ордена Света — ему непозволительно проявлять слабость. И от этого еще хуже, ведь сейчас Даресу как раз нужно проявить все эти постыдные человеческие эмоции. Может, тогда ему стало бы легче…
— Ужин? — тихо поинтересовалась Найли.
Валем с участием посмотрел на нее. Хоть ему самому такой тип женщин никогда не нравился, Даресу его жена подходила идеально. Более верной и преданной супруги сложно было найти, и пусть возраст ее уже подходил к отметки полувека, она оставалась прекрасной и цветущей. Она была любимой и любящей — и никакие морщинки и ранняя седина в густых каштановых волосах не могли испортить ее внешность. Светлая душа — как и Рэлин. Да, жалко мужика. Что-то не везло вечно Рэлину: и невеста бросила, так ею и не став, и умер, по меркам паладинов, рано. Мог бы ведь прожить за широкой спиной брата долгую счастливую жизнь. Но нет, Рэлина вечно куда-то несло. Не мог он спокойно сидеть и наслаждаться плодами сытой жизни, надо было рискнуть своей головой и кого-нибудь спасти. Доспасался — теперь Валему нужно было придумать, что делать с захандрившем Даресом.
— Нет, благодарю, Найли. Я лучше поужинаю с твоим мужем.
— Если тебе удастся вытащить его из кабинета раньше полуночи, — печально покачала головой женщина.
Валем хотел было ответить, но тут с другого конца коридора раздался дикий крик радости и восторга, а через секунду на паладине уже висел черноволосый мальчишка лет шести. Валем легко подхватил его на руки.
— Это кто тут у нас так вырос? Скоро будешь таким же большим и сильным, как папа!
— Ага, — радостно отозвался Рик и тут же, скроив невинную мордашку, поинтересовался: — А что ты мне привез?
— Родерик, — укорила сына Найли, — ты ведешь себя неприлично.
— Мама права, малец, но, — Валем подмигнул сынишке друга, — у меня действительно кое-что есть для тебя. Посмотришь?
Найли оставалось лишь вздыхать и качать головой, пока два мальчика — большой и маленький — веселились от души, разбирая сумку Валема. Что в ней только не было! И маленькие ножны для кинжала, и красивый деревянный амулет в виде лошади, и новенький ярко-синий плащ, как раз под выросшего Рика — в общем, сегодня у юного лорда де Гора был самый счастливый день. Он отпустил Валема только через полчаса, когда мать настойчиво позвала его ужинать. Пришлось погрустневшему Рику отправиться в свои покои трапезничать, а его старшему товарищу — к своему другу, проверять, насколько Найли преуменьшила размер трагедии. Хотя меньше уже некуда.
— Ты очень долго поднимался по лестнице, — заметил Дарес, когда Валем ворвался к нему в кабинет, даже не постучав.
— Меня задержал Рик, — ответил лорд Хэстворд, падая в кресло напротив стола друга.
— Ты слишком его балуешь.
— Так как я уверен, что никогда не женюсь и не заведу собственных детей, то позволь мне баловать хотя бы твоего сына.
— Как будто я в силах, что-либо тебе запретить, — кисло отозвался Дарес, не поддерживая шутку. — Я жду твой отчет уже три дня.
— Меня задержали дела.
— Валем, от резиденции Ордена в Рестании, где ты провел последнюю неделю, до моего особняка в Старом Квартале, полчаса езды. На твоем бешеном жеребце — пять минут. Ты три дня ехал до меня?
