И столько горечи таили его слова, что волна жалости затопила меня с головой.
Зато стало ясно, почему я ни разу её не встречала…
– Я очень сильно любил свою супругу, – совсем разоткровенничался Тарен. – По-настоящему. И тяжело переживал её гибель. Даже не хотел видеть сына… Отдал его на попечение нянькам, а сам дневал и ночевал на работе. Тогда мне казалось это лучшим средством от душевной боли…
Тут я была готова подписаться под каждой буквой. Потому что тоже так считала. Всегда.
– Но я ошибся, – припечатал мужчина. – Лекарство таилось в любви маленького мальчика, разучившегося звать меня отцом, – послышался тяжёлый вздох. – С каждым годом он всё сильнее отбивался от рук, няни не выдерживали рядом с ним и полугода. Никакие разговоры не помогали, а наказывать его я был не в силах – будто замахивался на давно погибшую возлюбленную. Да что там – даже смотреть на Даля доставляло мне дикие страдания…
А это многое проясняло. В том числе проливало свет на причины столь странного характера моего старого друга.
У него никогда не было чётких рамок. Никто не ограничивал его по-настоящему. И воспитанием, по сути, не занимался. При подобной текучке кадров о сохранении каких-либо моральных норм не шло и речи…
Бедный Ганс.
– Лишь спустя много лет я осознал, что таким образом он пытался добиться моего внимания, раз уж с любовью не получилось… Но было уже слишком поздно. К тому времени мой сын благополучно вырос и ушёл из дома.
Сказать в утешение было нечего.
– Ты не представляешь, сколько денег я потратил на его поиски! Нанял людей, чтобы они обыскали вселенную, завёл связи во всех слоях общества на большинстве обитаемых планет, даже колонии спонсировал – лишь бы не упустить ни крупинки информации… И всё напрасно. Любой другой на моём месте давно бы записал его в погибшие, однако я не имел права так поступить. Не мог опустить руки. Я жаждал найти своего мальчика, попросить у него прощения и попытаться наладить наши отношения заново. Начать с нуля… – свёкор опять печально вздохнул. – У меня и в мыслях не было, что Даль, столько твердивший о своей ненависти ко мне, нашему дому и родной планете, решит спрятаться у меня под боком. Он ждал, когда его заметят, найдут, обласкают и утешат… А я упорно смотрел в другую сторону.
– Неужели вы совсем ничего о нём не знали?.. – сочувственно поинтересовалась я.
– Абсолютно, – с грустью покаялся Тарен. – Иначе бы всё сложилось совсем по-другому…
– И не догадывались, чем он занимался?
В ответ собеседник устало покачал головой.
– А сейчас? Вы по-прежнему не в курсе о его прошлом?
Свёкор коротко хмыкнул:
– Почему же. Это было первое, о чём Эрдаль мне поведал. Практически с порога, во всех подробностях и с такой гордостью за свою профессию, что я порадовался отсутствию в его рассказе чего-то похуже, чем простое воровство. Боюсь, подобной истории из уст наёмного убийцы я бы не выдержал… – Последовала небольшая пауза. – А потом, когда я всё выслушал, Даль предложил мне выбор – принять его таким, какой он есть, или прогнать… Но потерять сына повторно было выше моих сил.
На этом мои глаза увлажнились, однако горький ком в горле не давал вымолвить и слова – так близко к сердцу я восприняла историю Тарена. На месте юного Ганса мне отчётливо представлялся Луар – маленький мальчик, растущий без родителей. Ребёнок, мать которого присутствует лишь номинально, где-то в далёких застенках, а отец не является таковым на самом деле…
Схожая судьба, те же последствия.
Невыносимо.
– Зачем вы мне всё это рассказали?.. – тихо осведомилась я, уже догадываясь, каким будет ответ.
– Решил, что тебе стоит знать, – пожал плечами свёкор. – Хотел, чтобы ты поняла, какая нелёгкая судьба была у Даля… Чтобы не повторила моих ошибок.
Как я и думала.
– Нет, – заявила твёрдо. – Я никогда не сдамся! Я буду стоять до последнего!
Но Тарен лишь скупо улыбнулся.
– Пока я вижу, как ты лежишь и ничего не делаешь.
– А что ещё мне остаётся?! – гневно вскричала я, рывком приняв вертикальное положение.
Правда, в процессе я едва не скинула на пол свёкра, нечаянно задев его плечом, однако тот сделал вид, что ничего не почувствовал.
– Даль запер меня, будто дикую зверушку! Отобрал сына. И…
Закончить фразу не получилось.
К несчастью, воспоминания о последней ночи напрочь отсутствовали в моей памяти. И потому я не знала, исполнил ли свои угрозы Ганс. Изнасиловал ли меня… И это было ужасно.
Я была готова пойти на всё ради Луара. Покориться напарнику, притвориться любящей супругой… Только не переспать с ним. Этого мне не позволяла совесть. Совесть – и искренняя любовь к Лаулю, которую я не имела права запятнать.
– Ничего не было, – правильно поняв причину моего замешательства, сообщил Тарен.
– А вы откуда знаете? – мгновенно огрызнулась я. – Присутствовали?
– Помешал, – невозмутимо парировал собеседник. – Сумел отговорить.
И я растерянно распахнула глаза.
Вот уж чего я точно не ожидала от этой мягкотелой тряпки, так это прямого вмешательства. Притом удачного.
