Я думала потратить это время на планирование предстоящего разговора, но с этим возникли неожиданные проблемы. Все мои аргументы были весомыми только для меня. Чем больше я читала о кадхаи, тем яснее понимала, что они просто отмахнутся от всего, что кажется мне важным. Потому что для них это не будет иметь никакого значения.
Запечатление порой разрушало сложившиеся пары, и это не было ни редким, ни порицаемым событием. Продолжение рода было долгом кадхаи, и они честно исполняли его, даже если это требовало жертв. Поэтому наличие у меня жениха нисколько не заставит кадхаи проникнуться ко мне сочувствием. Равно как работа за пределами Танши — запечатленные редко работали, ведь их основная задача — рожать наследников. Мое иномирное подданство и вовсе не стало бы предметом обсуждения, и его легко поменяют на местное, так что апеллировать к ограниченным срокам моего пребывания на Танше тоже бессмысленно. А уж мое личное отношение к Шарлю и вовсе ничего не значит. Есть долг, и меня заставят его выполнить, не оглядываясь на мое не хочу.
Дикая планета. Занесло же… А еще радовалась. Легендарная Танша! И спасение от императорских гончих…
В конце концов я решила, что все же попробую убедить кадхаи понять мою точку зрения. Мне ведь не нужна поддержка всех. Достаточно, если мою сторону примет хотя бы один владетель.
Знакомый молодой врач встретил меня с удивлением.
— Вам стало хуже, госпожа Миури? — осведомился он первым делом.
— Нет! — торопливо ответила я. — Я здесь… по личному делу. Извините, других способов встретиться с вами я не нашла.
Вряд ли караулить врача у больницы было бы хорошей идеей.
— Хорошо, я вас слушаю, — довольно мирно принял мою просьбу Таринхаи.
— Мне нужно поговорить с вашим владетелем, — сообщила я.
— Нашим? — уточнил он.
— Рода Таринхаи.
— Прошу прощения за любопытство, но зачем это вам? Вы остались недовольны моим лечением?
— А? — удивилась я. — Нет, что вы. Просто вы единственный из рода Таринхаи, кого я знаю.
— Вы знаете, госпожа Миури, аудиенцию у любого владетеля можно запросить через приемную, — без малейшей насмешки отметил врач. — Контакты можно найти в инфсети, но, если желаете, могу продемонстрировать вам, как подавать заявку.
— Если вам не сложно, — вздохнула я.
И почему я сама не выяснила этот момент? Ведь обычные жители Танши как-то взаимодействовали с владетелями, несмотря на отсутствие прямой связи…
Но что уж теперь. Спасибо доброму доктору, что не выгнал убогую.
Таринхаи подробно объяснил, как искать контакты приемных и как создавать заявки на аудиенции. Секретарь владетеля Таринхаи принял мой запрос и вежливо пообещал, что со мной свяжутся в ближайшее время. Оставалось лишь поблагодарить отзывчивого врача за помощь.
— Вы точно хорошо себя чувствуете, госпожа Миури?
— Да, спасибо, — мило улыбнулась я.
И, уходя из больницы, мрачно размышляла, когда наступит ближайшее время. Наверняка встречи с местными правителями приходится ждать месяцами.
Которых у меня нет.
Поскольку у Анастаса я отпросилась на весь день, то из больницы отправилась прямиком в гостиницу. Нет ничего хуже ожидания, и настроение мое, и без того не особо радужное, портилось все сильнее. Будущее казалось безрадостным, и я не видела выхода из той ситуации, в которой очутилась.
Вот только, к моему удивлению, не прошло и пары часов после заполнения заявки, как мне позвонили из приемной владетеля Таринхаи с сообщением, что владетель готов уделить мне время.
Я вдруг поняла, что как раз и не готова к разговору, но паниковать и отказываться было глупо. И я молча подтвердила переключение.
Александр Таринхаи оказался довольно молодым и весьма привлекательным мужчиной с умным взглядом. На меня он смотрел с любопытством и вполне доброжелательно. Интересно, он уже в курсе развода Шарля и его причин? Высказал ли уже свое одобрение? Ох, и на что я только надеюсь…
Поприветствовав меня, владетель Таринхаи без лишних формальностей прямо спросил, что мне от него нужно.
При моей профессии часто приходится общаться с официальными лицами, без разрешения которых невозможно начать ни одни раскопки, так что опыт у меня какой-никакой, но имелся. Однако с подобной прямолинейностью от обличенных властью я прежде как-то не сталкивалась. А потому немного растерялась.
— Спасибо, что нашли для меня время, — смутилась я. — Я хотела поговорить с вами о разводе Шарля Эйлимхаи.
— О разводе? Я планирую выслать одобрение в ближайшее время…
— Нет! — непроизвольно воскликнула я, услышав о ближайшем времени. — Могу я попросить вас повременить с одобрением?
— Повременить? — удивленно переспросил он. — Но зачем? Это ведь отсрочит ваше с ним воссоединение!
— Воссоединение? — пришла моя очередь изумляться. — Но мне это не нужно!
— Что значит — не нужно? Вы ведь запечатлены. Это ваша судьба.
Он говорил с такой искренней убежденностью, что запечатление — это благо, что я даже усомнилась, одно ли и то же мы имеем в виду.