Ван Эппс вернулся в нормальных застиранных джинсах и обычной клетчатой рубашке типа китайской фабрики Дружба. Я забрал его рюкзак ДженСпортс и снял с шеи идиотское украшение, подходящее разве папуасам — медную цепочку на которой вместо кулона болтался маленький тюбик крема от загара.
Дон вцепился в тюбик и взмолился:
— Ваше солнце убивает меня!
Действительно, кожа Ван Эппса была такой белой, что следующей стадией был бы уже альбинос. Поэтому я вернул ему крем — натереться, а потом снова забрал. Украшать платье тюбиками крема против загара это уже перебор для нашей древней и консервативной культуры. Ван Эппс втирал крем так ловко, что походил на Маргариту перед учебными вылетами. Но в отличии от парфюмерии Азазелло, лётных качеств Ван Эппсу крем совсем не придал, и мы рванули на местные линии гиганта авиаперевозок — Жумхурия Хава Юлари.
За время моего отсутствия старенькое, довольно стильное здание аэропорта местных линий, построенное в закат сталинизма, заменили стандартным анодированным аквариумом. Внутри, те, для кого собственно здание и было построено — граждане великой джамахирии в страхе жались по стенам. Середина зала была совершенно пуста, если не считать парочки ментов с шипучими рациями. Менты не скрывали уверенности, что аэропорт построен исключительно для них. Громыхая побрякушками, они нарезали круги в центре зала, придавая сцене сходство с парадом породистых собак. «Ахтунг, аэропортен контроллен!»- подумал я и рванул в угол к возвышающейся там глыбе Ноны Мордюковой.
Волшебное слово «Малявин» и тридцать баксов сверху купили нам два дешёвых билета на рейс в Карши, вылетающий через сорок минут. Чудо.
Я радостно вернулся к Дону помахивая билетами, и в этот момент понял, что дело вовсе не в одежде. Гребанных американцев можно определять по взгляду. Что-то именно во взгляде и выдаёт их с головой. Может быть это выстрелы в Далласе, речь Мартина Лютера Кинга или импичмент Никсона. Я пока только изучаю этот вопрос. Но взгляд у американца и русского отличаются неимоверно. Я подскочил к прилавку, торговавшему жувачькя, сигарет-пигарет и альбомом «Гур-Эмир», и купил пару идиотских, пластиковых китайских очков, чтобы нейтрализовать взгляд Ван Эппса, Донована.
То ли эти очки, то ли в доле с Мордюковой было пол-аэропорта, но мы проскочили все контроли и препоны довольно гладко. Провал операции произошёл уже у самого трапа, а его, если помните Як-40 выбрасывает прямо из задницы, как ящерка. Провал произошёл целиком и полностью по вине гражданина Ван Эппса, Донована. Это факт впервые заставил меня усомниться был ли бывший госдеповец и персона нон-грата на необъятных просторах Российской федерации настоящим шпионом ЦРУ?
Если вы когда-либо работали с американцами, вы не могли не заметить — в них живёт генетическая память покорителей дикого Запада. Память о тех временах, когда каждому джентльмену самому приходилось чистить кольт, подковывать лошадь, мыть золотишко и рыть могилу другу одним только инструментом — перочинным ножиком бостонской фирмы Братьев Барлоу.
Теперь, правда, они немного цивилизовались. Теперь у них на поясе Лезермэн — навороченный потомок ножичка Барлоу. Но суть совсем не изменилась. Американцы настолько независимы, что всё стараються сделать сами этим замечательным инструментом. Например, отремонтировать протекающий бачок в туалете Интуриста, телевизор в номере, проводку или автобус для экскурсий в Лавру. Неугомонный американский дух. Каждый второй из них это неудавшийся Стив Джобс.
В тот злой день Доновану Ван Эппсу пришла в голову мысль лично проинспектировать Яковлева, которого судьба и Эйр Жумхурия уготовали для нашего броска на каршинскую военную базу. Он деловито покинул гурт пассажиров, в страхе льнущих друг к дружке, как это принято в репрессивных культурах, и принялся за дело.
Сперва шкипер осмотрел протектор на колесах шасси. Вытащив свой лезермен, который до этого прятался под рубашкой Дружба, он ткнул лезвием в колесо, замеряя глубину протектора. Оставшись довольным и явно скрывая свой акцент, он радостно улыбнулся мне и показал большой палец. Супер! Далее он внимательно обошел самолет, сканируя фюзеляж на предмет неисправностей. Это тоже его успокоило. Гидравлика шасси так же получила его высшую оценку. Спалили Ван Эппса уже за осмотром двигателей, где он искал возможную утечку масла и даже слегка подтянул лезерменом расслабленное, на его взгляд крепление обшивки.
Девушка из авиакомпании, которая должна была проверить наши посадочные талоны в очередной раз, отошла в сторонку и вызвала по рации подкрепление. Вскоре явился молодой человек внешне чем-то неуловимо напоминающей моего нынешнего куратора — Ильдара. Во всяком случае кожаная куртка была точно такой-же. Не хватало велюровых штанишек.
— Служба Безопасности Джамахирии. Следуйте за мной пожалуйста!
