Эппс описывал визит Анны с таким плохо скрываемым восторгом, что у меня сердце закололо от ревности. Шкипер даже премию мне на радостях решил выплатить, хотя никакого упоминания до этого не было, как и заслуг. Кроме разворовывания безалкогольного пива и снабжения Пиэкс, на тот момент я не осуществил ни одного серьёзного делового прорыва для компании. Что же касается Анны, то ревновал я ее даже к Малявину.
Зная о ловкости и коварстве женщин гораздо больше, чем сестра Юбочки, я стал обдумывать альтернативные способы финансирования, без регулярных встреч моего босса с Анной. На фоне Ван Эппса, Донована я во всех отношениях проигрывал. Да что там я — все мы, самцы нашего несчастного племени тогда проигрывали на фоне западных аналогов. Взять хотя бы поведение Юбочкиной сестры сегодня. «Замуж и на пмж» — жужащая жуть.
Что происходит, если самки нашего племени видят теперь только самцов другого прайда? Какие скрытые пружины исторического природного и эволюционного баланса дают при этом сбой? Или это не сбой, а просто закономерная часть эволюции — вырождение и вымирание нашего племени, с занесением в Красную книгу исчезающих видов? Как гладкошерстных бомжующих моржей из Арктики? Прошли дни, когда всё в мире измерялось длинной и обхватом пеписьки. Безвозвратно канули. Наша пеписька, пусть даже откровенно моржевых габаритов, растаяла в потоках биржевой информации обменных курсов иностранных валют.
Чёртов бамбук — это он снова заговорил во мне, вы уж простите неуместность некоторых лирических отступлений, нетрезв-с. Жду когда Джейк Алонсо вытянет из бедной девушки свой паяльник.
Когда я, наконец, привык ко тьме и грохоту, смирился с дискомфортом пролёта над страной, где война идёт последние сто лет, за иллюминатором справа возникла необычайно яркая красивая вспышка, самолёт резко накренился в противоположную от вспышки сторону, а движки истерически взревели.
Крен резко переместился вправо, да так, что все неукреплённые рюкзаки кубарем полетели в нас с Эппсом, который, наконец, все-таки отвлёкся от своего ноута. Как всегда в странных кризисных ситуациях, например, когда я блюю скрючившись перед унитазом от перепоя или отравления, где-то на заднем плане у меня отчего-то играет музыка или бьётся не имеющая к делу отношения левая мысль. Tell me lies, tell me sweet little lies — в этот раз была дурацкая песенка прилипшая как троянский вирус.
Нехорошим знаком было появление в салоне дядьки, который нас усаживал на борт первоначально — американцы называли его лоудмастер — ответсвенный за погрузку и разгрузку капрал. Боцман грузового самолета. С лоудмастером явился офицер, который представлялся Эппсу как борт-инженер.
Натянув приборы ночного видения, они стали пялиться в правый иллюминатор, за которым полыхнуло минуту назад. Движки верещали так, будто вот-вот отделятся от фюзеляжа и начнут свою собственную короткую жизнь, как ступени баллистической ракеты.
«Ну вот и звездец»- как-то вяло подумалось мне. Tell me lies, tell me sweet little lies… Не было не страха, не ужаса, а какая-то печаль от некоторой экзотичности скорой смерти. Я с нежностью вспомнил об Анне. Если выживу, никогда не стану изменять и обижать её по мелочам.
Теперь наш борт жёстко рванул влево, так что желудок подкатился к горлу и мне по настоящему стало страшно и обидно умирать таким молодым. Самолёт камнем устремился вниз.
Чтобы избежать сакральных припадков исконно каршинской тоски, я легко поддался на тиск со стороны Джейка Алонсо и рискнул вырваться с ним в Ташкент. На волю. Пусть знает, гад, разницу. Мы тоже тута не лаптем шиты.
Поэтому убедил меня сержант-майор довольно легко.
— Извини, конечно, братишечка, но на дворе 21 век. Не заметил? И если у тебя работа связана с ответами на бестолковые письма электронной почты и звонками по мобиле твоему рыжему — уверен мы спокойно это сможем проделывать пару дней и в Ташкенте. Или в Мумбаи. Вряд ли твоё местонахождение засветят. Все что нам с тобой нужно это интернет кафе и стабильный нешифрованный сигнал.
Джейк Норман Алонсо подарил Юбочке дезик из Пиэкс, и нежно убедил всего пару дней потаскать в сумочке пейджер с системой глобального позиционирования от лейтенанта Шпигельмана. Теперь самое главное, чтобы склонный к аналитическому мышлению контрразведчик Шпиги, наблюдая за живой картой, не решил, будто скаредный Джейк подрабатывает на выходных официантом в фешенебельном Имеджине.
Мы согласились не светится в кишащим службой безопасности каршинском аэропорту, а выступить на столицу старым эппсовым способом — на вежливых молчаливых ямщиках непредсказуемых анексий.
Когда мы собирались в дорогу, я бессовестно грузанул Алонсо на подарки для моей Анны в пиэксе. Сказал ему, что рядом с Ташкентом Лас Вегас померкнет. На радостях Джейк признался, что до Вегаса так ни разу не добирался, и спустил на разную девичью мишуру целую сотню бакаруз. Ван Эппс в жизни бы того себе не позволил. Я понял, что если знакомые американцы не бизнесмены, то среди них попадают довольно приличные люди.
