«В наши дни нельзя позволить себе роскошь быть сентиментальным. Может быть, когда мы высадимся на новой планете, мы сможем смягчиться и дать волю всем этим приятным человеческим слабостям. Будет так чудесно опять почувствовать себя в покое, так, как в детстве».
Он поворачивается на койке и поднимает глаза:
— Бог мой, Джанет!
Джанет Райан улыбается:
— Мы все проснулись. Джон решил, что так надо.
— Он, конечно, знает, что делает. Хоть это и не входило в первоначальный план.
— Он хочет посмотреть, что из этого выйдет. Тебе что-нибудь нужно?
Он усмехается:
— Нет, спасибо, милая. У меня есть продитол для поддержания хладнокровия. По-видимому, он действует отлично. Я решил отдохнуть и спокойно поразмышлять.
— Джон говорит, ты так одержимо следил за распорядком на корабле, что расстроил свое здоровье…
— Да, чуть-чуть не свихнулся. Но теперь мне очень хорошо — я отдохнул.
— Ты скоро снова возьмешь все в свои руки, — улыбается Джанет.
— Обязательно!
Джанет покидает каюту.
Райан пишет:
«Только что меня навестила Джанет. Очевидно, Джон чувствует, что лучше всем быть на ногах. Жду, что скоро появится Джозефина с мальчиками. Джанет, как всегда, чудесно выглядит. Нельзя по-настоящему винить того итальянского парня за то, что он „бросился за борт“ из-за нее… Это я неудачно пошутил. Когда я застукал их в каюте Джона, мне стало дурно. Подлец! С этим надо было заканчивать. Его друзья тоже заинтересовались нашими дамами, это было ясно, как день. Только ждали удобного момента! Только последний дурак может довериться иностранцам! Я это теперь понял. По тому, как они встали на сторону итальянца, стало очевидно, что все они в сговоре. Они угрожали безопасности всей экспедиции с этими своими притязаниями по отношению к женщинам — да я бы не удивился, если бы и к мальчикам! Они стали угрожать всей экспедиции, поскольку уже не владели собой. В какой-то мере, конечно, им можно посочувствовать. Но затем они попытались завладеть моим оружием: стало ясно, какую очевидную угрозу они представляют для безопасности корабля.
…Они шли на меня, и не похоже было, что остановятся. И тогда я вынужден был застрелить сначала Буччеллу, а потом и его компаньонов. Мы выбросили тела через шлюзовую камеру. Все согласились, что я поступил правильно».
Он вздыхает: да, тяжеловато было так долго не расслабляться. Принимать неприятные решения…
Странно, что до сих пор не пришли Джозефина и мальчики. Наверное, Джон проводит процедуру пробуждения постепенно.
Райан закрывает журнал и прячет его вместе с авторучкой под подушку. Он откидывается на спину, пытаясь представить детей и жену проснувшимися…
Засыпает и видит сон.
В: КОГО ТЫ ОБМАНЫВАЕШЬ?
О: БЫЛИ СЛУХОВЫЕ ГАЛЛЮЦИНАЦИИ.
Райан стоит в рубке управления. Он уверен, что забыл что-то сделать, какую-то жизненно важную операцию. Он запрашивает компьютер, но тот несет какую-то чушь в виде каламбуров и шуточек. Райан озирается в поисках источника помехи, ищет способ выключить компьютер… Но тот не выключается, поскольку жизнь корабля зависит от компьютера. Но сейчас, решает Райан, вопрос стоит так: либо он, либо корабль. Он принимается колотить по компьютеру стулом.
*********** ТЫ УБИВАЕШЬ МЕНЯ **** ХАХАХАХАХАХА *********
говорит компьютер.
Райан поворачивается. Через иллюминатор он опять видит танцоров, их лица прижаты к стеклу.
— Ты с ними заодно, — говорит он компьютеру. — Ты на их стороне.
****** Я НА СТОРОНЕ ВСЕХ ******* Я НАУЧНЫЙ ПРИБОР *******
** ЧРЕЗВЫЧАЙНО ПРАГМАТИЧЕН *******************************
выдает машина.
— А теперь ты издеваешься надо мной! — патетически произносит Райан. — Хочешь вывести меня из себя, так?
******** МОЯ ОБЯЗАННОСТЬ ПРИСМАТРИВАТЬ ЗА ВСЕМИ ВАМИ
И СОХРАНИТЬ ВАС ЦЕЛЫМИ И НЕВРЕДИМЫМИ ’’’’’’’’ПОВТОРЯЮ
ЦЕЛЫМИ И НЕВРЕДИМЫМИ *********************************
— Хрен тебе!
Тут же перед ним возникает милая пожилая дама, она качает головой и кривит губы в усмешке.
— Язык, — говорит она. — Фу, что за язык!
Это его мать. Ее девичье имя было Надежда Демпси. Он назвал корабль в ее честь.
— Ма, скажи компьютеру, чтобы он не дразнился! — просит он.
— Безмозглая тварь, — говорит его мать, — оставь в покое моего маленького мальчика!
Но компьютер продолжает насмехаться.
— Ты никогда не была милой пожилой дамой, — говорит Райан.
Она тут же превращается в ведьму из его кошмаров, и он истошно кричит…
Перед ним стоит Джозефина, с пустой ампулой из-под продитола.
— Сейчас ты почувствуешь себя лучше, — говорит она. — Ну, как?
— Уже лучше, — говорит он, облегченно улыбаясь. — Ты не знаешь, Джо, как я рад тебя видеть. А где мальчики?
— Они еще не совсем проснулись. Ты же знаешь, для этого требуется некоторое время. — Она садится на край его койки. — Скоро придут. Знаешь, тебе надо было давно разбудить нас. Это слишком большая нагрузка для одного человека — даже для тебя.
— Теперь я это понимаю.
Она приветливо улыбается ему знакомой, чуть нервной улыбкой.
— Не торопись, дай продитолу сделать свое дело.
Ей попадается на глаза красный бортжурнал, высовывающийся из-под подушки.
— Что это, милый?
— Бортжурнал. На самом деле, что-то вроде личного дневника…
