— О том, почему не смогу прийти кататься с ней на лыжах сегодня днем. — Он провел рукой по волосам. — Теперь она будет сердится.
И тут Лесли стала ясна та причина, ко которой Пат наотрез отказалась прийти в клинику! Очевидно она намеренно избегала встречи с Ричардом.
— Теперь будет гораздо лучше, если я попытаюсь поговорить с ней с глазу на глаз! Я пойду к ней сейчас же, но сперва все же поужинаю.
Ричард быстро шел по улице деревни, направляясь к домику фрау Дорфен, когда часы на башне деревенской кирхи пробили восемь раз. У Пат, конечно же, были все основания к тому, чтобы по-настоящему разозлиться на него. Он мог живо вообразить себе, как, должно быть, негодовала она, напрасно прождав его у подъемника. И все-таки, сама будучи медсестрой, она ведь должна наверное понимать и то, как порой за работой можно позабыть обо всем, что осталось за стенами больницы? Обо всем, но только не о Пат. За последнюю неделю он все чаще думал о ней, и воображение рисовало перед глазами ее круглое, веснушчатое лицо в обрамлении выбивающихся во все стороны непослушных, рыжих прядок волос. Она оказалась очень живой и веселой девушкой, и ему будет ее очень не хватать. Подумав об этом, Ричард помрачнел. До сих пор он старался не думать о том об ее отъезде. Досадливо бормоча что-то себе под нос, он взошел по ступенькам крыльца и постучал в дверь.
На его стук открыла сама фрау Дорфен.
— Guten abend, герр доктор. Вы наверное пришли проведать фройляйн?
— Да.
— Она ушла немного прогуляться, но собиралась скоро вернуться. Может быть вы ее дождетесь?
— Нет, благодарю вас. Я лучше пойду и встречу ее по дороге.
— Обычно она возвращается через лес.
Последовав совету доброй женщины, Ричард, сойдя с крыльца, зашагал вдоль узкого переулка, что взбирался по склону параллельно главной улице. Недавний снегопад замел здесь снегом все следы; ветви деревьев и разросшегося кустарника, нависшие над проложенной узкой тропинкой, негодующе трещали и шелестели, когда время от времени Ричард задевал их рукавом своего пальто, и каждый раз при этом откуда-то сверху сыпалась мелкая снежная пыль, оседавшая у него на волосах. Дойдя до середины улицы, он увидел впереди себя толстушку-Пат, одиноко бредущую ему навстречу, и замахал руками. Заметив его, она нерешительно замерла на месте, а затем резко свернула на узкую тропинку, которая, насколько Ричард мог себе представить, шла совсем в другую сторону, чем то предполагалось изначально задуманным маршрутом.
— Пат, — позвал он, — ты идешь не туда!
Его слова как будто подхлестнули ее, заставив еще прибавить шагу.
— Эй, Пат! — снова позвал он. — Подожди меня! Нам надо поговорить.
Она даже не одернулась, и тогда, после секундного колебания, Ричард повернул обратно и помчался вдоль все того же переулка к тому месту, где, как он мог догадаться, она снова выйдет, и пути их должны будут пересечься. Вскоре он услышал скрип снега — ее шаги! — и тогда он остановился, скрывшись за зарослями кустарника и принялся напряженно ждать. Здесь было гораздо темнее, небо скрывалось за верхушками высоких елей, и в то время, как Пат наконец поравнялась с ним, Ричард, выступая из-за деревьев, поймал ее в свои объятия.
Пронзительный визг тут же принявшейся отчаянно вырываться Пат разорвал тишину, и жалобное эхо заметалось среди деревьев, словно вспугнутый жаворонок.
— Ради бога, не кричи так, — запыхавшись выпалил он, — это только я!
— Ты, чертов дебил, — задыхаясь от злости начала она. — Сейчас же убери лапы! Ты что, намека не понял? А ну, проваливай отсюда!
— Какого намека?
— А такого, что я не желаю с тобой разговаривать. — Она продолжала вырываться из его объятий. — Пусти, тебе говорю!
— Только если ты обещаешь не убегать.
— Ничего я не собираюсь обещать.
— Тогда не отпущу. — Он легонько встряхнул ее. — Ты наверное обиделась из-за сегодняшнего?
— Какой ты догадливый!
— Я могу все объяснить.
— Не сомневаюсь. Но только мне это не интересно.
— Тебе все равно придется меня выслушать. Я весь день разрывался на части между своими больными и еще пациентами Лесли.
— А о такой штуке как телефон ты никогда не слышал?
— Я был слишком занят и мне никак не удавалось позвонить. И только когда я говорил Лесли, что…
— Ты вдруг вспомнил обо мне! — Пат так зло выпалила это, что он теперь уже просто изумленно разглядывал ее.
— Да что такое на тебя нашло?
— Ничего, просто я прозрела. Ты назначал мне свидания только потому, что хотел угодить Лесли.
— Это не правда! Сперва, может быть, так оно и было, но только на этой неделе я встречался с тобой только потому, что сам этого хотел.
— С твоей стороны это было очень великодушно! — наконец ей удалось вырваться, и она побежала прочь.
— Пат, вернись!
— Уйди от меня!
— Не уйду, пока не скажу тебе всего.
