Этим вечером снова вернулись в лес. Изнеможенные голодные и замершие, они решились на разведение костров. Натаскали воды из ручья, нагрели и помылись. Приготовили много пищи, наелись и разбрелись по шатрам. Ночь выдалась спокойной далеко не для всех, Костоправ даже не прилег — до утра возился с ранеными. За это время померли двое. Он намеревался спасти их, но, как ни старался, ничего не вышло. Еще у троих появились осложнения, не помогали ни мази, ни травы, ни чтобы то ни было еще. Условия были ужасными. Людям нужна была чистота, тепло и самое главное — людям нужен был покой, а его, как и всего остального, не было совсем.
Кроме раненых в битве на холме, тяжело заболели еще несколько маленьких детей. Минувшим вечером одна женщина сломала руку, когда собирала хворост, перелом оказался открытым, в рану попала грязь, поэтому надеется на то, что она выживет почти не приходилось. В общем, работы у лекаря было хоть отбавляй, а об отдыхе он даже и не помышлял.
Также всю ночь трудились несколько земледельцев и кузнец. Повозки после длительной дороги оставляли желать лучшего, обода колес трескались, одно колесо вообще сломалось. У одной телеги провалился пол, нужно было ставить заплату.
— Зачем нам чинить повозки, когда все равно скоро помрем? — недоумевал Мор.
— Верно, — согласился Ирек. — Лучше починим лопаты, чтобы хоть закопали!
— Работайте, дурни! — ругался кузнец Родко. — Я не то я вас живыми закопаю!
— Да мы работаем-работаем. — Ирек сжал челюсти. — Итак уже другие спят, а мы тут все работаем.
— Только вот кому это понадобиться?
— Вам и понадобится, олухи!
Ирек перехватил двумя руками лопату, подмигнул Мору. Мор понятливо кивнул, подобрал с земли увесистую палку. Здоровяк Родко был к ним спиной, он, кряхтя, прилаживал к телеге починенное им колесо. Они подошли тихо, Ирек размахнулся и со всей силы ударил кузнеца лопатой по голове. Родко сидел как сидел, только вот колесо выронил. Мор и Ирек переглянулись, после чего один ударил несколько раз палкой, а другой лопатой. Родко наконец с храпом осел на траву. Они еще несколько раз ударили его ногами, Мор приложился что было мочи кулаком в нос.
— Ну хватит, — сказал Ирек. — А то помрет.
— Ну и хорошо! Вот старый урод!
— Давай-ка торопись! Найди огниво и нагреби еды побольше! А я за теплой одеждой и оружием! Встретимся скоро, вон у того раскидистого дерева!
— У какого?
— Ну вон у того! Видишь?
— Нет. А, это то, чья тень на змея очень похожа?
— Какого еще змея? Бегом, Мор! Бегом!
Мор пропал, густая тень поглотила его и вправду, как пасть страшного голодного змея. Ирек взвесил на руке лопату, сказал:
— Эх, лопатка ты моя, двуручная.
После ирб с силой бросил лопату в Родко, достал из-за пояса веревку и поспешил связать здоровяка, покуда тот не пришел в себя и не проломил беглецам головы той же самой лопаткой.
Пробудившись утром, Мерко чувствовал себя значительно лучше. Раны затянулись, голова больше не болела. Он нашел в себе силы и поднялся. Вошел тот самый земледелец по имени Ородол.
— Ты куда это собрался?
— Далеко.
— Слушай, может тебе чего-нибудь нужно? Я понимаю, ты обижен на меня, но… Ну хочешь, ударь меня!
Ородол выставил вперед лицо. Мерко пожал плечами, сжал кулак, размахнулся и ударил земледельца в челюсть. Земледелец с криком покатился.
— Сам попросил.
Потирая ушибленную челюсть, Ородол фальшиво улыбнулся:
— Да ничего. Мне так легче будет.
Распрощавшись с земледельцем, который дал в дорогу немного хлеба и денег, ирб решил отправиться в ту самую корчму, где они с Торой останавливались, когда только прибыли в город.
Добирался долго, на силу отыскал, но в полдень был на месте. Когда вошел внутрь, увидел, что посетителей почти не было, лишь несколько бродяг спали, уткнувшись носами в столы.
— Э-э! — заголосил краснощекий корчмарь, поднимая руку в приветствии. — Решил заглянуть еще разок?
— Здравствуй! — кивнул Мерко. — Я ненадолго, но зато по делу.
— По делу?
— Да.
— Выпить или поесть?
— По другому делу.
— Странно. Какое еще может быть дело, опять комнату?
— Нет. На этот раз нам просто нужно поговорить.
Корчмарь указал на ближайший столик:
— Садись.
Мерко сел.
— Что случилось? Попал под верблюжий караван или как?
— Я не понимаю, — захлопал ресницами Мерко. — Что такое верблюжий?
Корчмарь махнул рукой:
— Да ничё! Я говорю, кто тебя так?
— Как?
— В зеркало посмотри, тогда узнаешь как. Или хотя бы в лужу!
— А, это… Да это так. Мужики.
— А-а. Ну говори уж, с чем явился ко мне? Только мои услуги не бесплатны, сам понимаешь!
— Понимаю. Но мне есть, чем платить.
— Удивительно. Обычно у таких как ты, платить как раз нечем.
— Я не вру.
— Да ладно, верю. Теперь, однако, понимаю, за что тебя так эти мужики. Признайся, деньги добыл у них?
Ирб кивнул:
— Да. Один дал мне их.
— А-а. Ну-ну. Дал. А ты взял, да? Ладно, подробностей не надо, просто мне было любопытно, понимаешь, мне тут…
— Я пришел, чтобы спросить, помнишь ли ты, пару дней назад я был с девушкой? Ты помнишь?
Краснощекий мужик рассмеялся, поскреб ладонями щетину, проговорил:
— Помню, еще бы мне не помнить. Эта ведь та еще девчонка, не из простых?
