Кто получил его личность, в справочном бюро Ризе не сказали. История Клода Вилленфренча заканчивалась 18 декабря его гибелью в результате несчастного случая. Если его личность и проживала сейчас где-то в своей новой земной оболочке, в официальных бумагах об этом ничего не говорилось. Ожившие не платили налогов, не голосовали, не имели документов. В Соединенных Штатах можно было получить информацию о переселении личности из тела в тело, но не здесь.
— Что же мы будем делать? — спросила Риза у Тенди.
«А твоя семья может тебе помочь?»
— Конечно. Конечно же, так мы и сделаем. — Она поспешила к офису Кауфман-е-Си, располагавшемуся в золоченом здании неподалеку от Отель-де-Пари. Банк управлялся европейской ветвью семейства и в действительности в его совете директоров не было ни одного Кауфмана, а директорат состоял целиком из Лоэбов и Шиффов. Но единственная дочь Марка Кауфмана, несомненно, пришлась бы там ко двору. Риза, одетая просто и аккуратно, предстала перед Пьером Шиффом, своим родственником какого-то труднообъяснимого порядка и рассказала о своих трудностях.
Банкиру было около пятидесяти лет. Он начинал полнеть и имел строгий и серьезный вид. Из уважения к Ризе он говорил с ней на английском, она же чувствовала себя обязанной говорить с ним по-французски, что делало их беседу довольно странной.
— Что-то припоминаю, — сказал он. — Да, прошлой зимой. Кажется, он был нашим клиентом.
— Я запрашивала банк душ в Париже по поводу его личности. Но они не сказали мне ничего.
— Вы назвали свою фамилию?
— Да, но это ничего не дало.
— Тогда я попытаюсь, — сказал Пьер Шифф. Он запросил в справочной номер и, не выключая видеомонитор, позвонил. Он так быстро заговорил по-французски, что Риза не поняла ни слова. Через несколько минут, нахмурившись, он положил трубку.
— Личность Клода Вилленфренча была взята из банка в феврале и имплантирована.
— Кому?
— Имя они не сказали. Даже мне. Даже мне. — Он внимательно поглядел на свою пухлую ладонь, как будто имя было написано на ней.
— Эти люди умеют хранить тайны. Конечно, и с ними можно иметь дело. Они нуждаются в постоянных кредитах для расширения своей деятельности, а мы… — Он улыбнулся. — Вам поможет мой сын. Я сейчас позову его.
Через час Риза сидела на балконе, с которого открывался вид на море, и обедала с Джекесом Шиффом, таким же родственником, но, в отличие от своего отца, этот был строен и худощав. Она сменила свое простенькое девичье платье на одежду, более подходящую для беседы с Джекесом. Ему было около двадцати пяти лет, он был высок, неженат, привлекателен. Галльские огоньки в его глазах сверкали ярче, чем лучи солнечного света в бокалах с желтым вином, которым они запивали устриц.
— Да, я знал Клода Вилленфренча, — сказал Джекес. — Он был твоим приятелем?
— Не моим, моей личности.
— Даже так! А я знал ее?
— Кажется, нет. Она не помнит тебя, а я сомневаюсь, что она смогла бы тебя забыть, Джекес. Ее зовут Тенди Кашинг.
— Да. Конечно. Я слышал это имя. Клод рассказывал мне о ней. Красивая, красивая девушка, говорил он. С… Э-э… — он смущенно засмеялся, — с великолепным телом. Она мертва?
— Она погибла в Сант-Морице прошлым летом. Несчастный случай. Клод был тогда с ней, и она хочет узнать поподробнее, как это произошло.
— Но и Клод погиб, — пробормотал Джекес. — Мы живем в печальном мире. Молодых, сильных и богатых везде подстерегают опасности. Только бедные живут долго.
— Но они живут только один раз, — заметила Риза.
— Да, да, — Джекес скрестил пальцы. — После обеда, — сказал он — я разыщу для тебя личность Клода.
Обед был великолепен. Основным блюдом было заливное из морского окуня с какими-то неизвестными овощами и соусом, явно венерианского происхождения. Вино, которое они пили, было, напротив, вполне земным, а именно — шабли четырехлетней выдержки. Пожилые люди, которые проходили внизу, останавливались, поднимали головы и, глядя на них, прикидывали, кем могла быть эта девушка в открытом костюме, обедавшая с сыном Пьера Шиффа. Могли ли они подумать, что объектом их любопытства была дочь Марка Кауфмана? Риза наслаждалась тем, что здесь ее никто не знал.
После обеда Джекес предложил пройти в его офис, чтобы он мог позвонить и получить необходимую ей информацию. Риза кивнула в сторону расположенного рядом отеля.
— Моя комната ближе, — сказала она. Ей показалось, что он испугался, но только на мгновение. По его настоянию они вошли в отель через разные входы. Она оставила дверь в свою комнату открытой, и он вошел туда вскоре после нее. В огромной комнате было темно. Джекес достал карманный фонарь и положил его на резной столик. Затем он уселся в кресло перед стилизованным под старину телефоном и набрал номер.
— Это займет некоторое время, — сказал он ей.
Она пошла в ванную комнату, разделась и встала под душ. Вымывшись, она обтерлась полотенцем и вышла. Джекес все еще сидел у телефона и одновременно записывал что-то в блокнот. Наконец он облегченно вздохнул и повесил трубку.
— Что-нибудь выяснил? — спросила Риза.
