Хения, тихонько толкнув Белую плечом, спросил:
- Она попрежнему пела тебе ночью, вождь?
- О, нет, - засмелся старик. - Ночами она стонала от наслаждения, а днем пела от счастья. Правда вождь не любил, когда она кричала от боли, давая жизнь его детям. Прошла зима и весна, а ближе к осени родился их первенец, и сидя студеными вечерами у очага, вождь слушал колыбельные песни, что напевала его жена их сыну. Теперь вождь сетует на то, что Великий Дух дал им мало времени пройти вместе тропу жизни. Двадцать зим пролетели для него слишком быстро. Его Лучик умерла, давая жизнь их последнему ребенку - девочке с золотистыми волосами и голосом матери, словно умирая, она передала все, чем одарил ее Великий Дух, этому ребенку, последней отраде вождя в этой жизни, его утешению на склоне лет. Я жду смерти, жду, потому что за ней ждет меня Солнечный Лучик. Я знаю она ждет. И мне, ох как не хочется заставлять ее долго ждать.
Белой не хотелось, чтобы видели как тронул ее рассказ старого вождя, и она решилась покинуть Хению, встав и отойдя от него к расставленым на земле блюдам с фруктами на которых мало что осталось. Как в таких суровый воинах жестокость уживалась с подобной нежностью. Неожиданно к ней подошла Сосновая Игла, одетая в нарядные одежды. что делали ее лицо еще темнее и угловатее.
- Хочу мира между нами, - сказала она, беря Белую за руки. - Если простишь меня, то и мое сердце забудет все обиды. Когтистая Лапа ушел от меня и вынул из моего сердца шип ненависти к тебе. Хорошо, что он ушел и больше не заставляет Сосновую Иглу смотреть на Белую глазами гнева. Моя мать умела слышать зов трав, она лечила не хуже Серой Совы и многие женщины проделывали долгий и опасный путь покидая свои очаги, что бы попросить у нее настой из трав, который помогал быстро и верно зачать новую жизнь. Такой настой умела делать только она. Возьми его, это мой дар тебе, - протянула женщина глиняный пузырек, заткнутый деревяной пробкой. - Он достался мне от матери, и я берегла его для себя, надеясь, что Когтистая Лапа когда-нибудь укроет меня своим одеялом. Теперь он ушел, а мне кроме него никто не нужен. Возми настой, он твой.
- Что хотела от тебя эта женщина? - подошла к Белой Осенний Лист, как только Сосновая Игла отошла.
- Она сделала мне подарок от чистого сердца и хочет помириться со мной.
- Она тебе так сказала? - допытывалась Осенний Лист с подозрением оглянувшись на Сосновую Иглу, стоящую у большого костра и мрачно глядевшую в огонь. - На твоем месте, я бы ничего не брала из рук этой женщины.
- Но она хотела помириться.
- Она не может этого хотеть. Когтистая Лапа ушел, оставив ее, и она зла на тебя, потому что он не премирим ко всему, что касается бледнолицых и ушел из-за тебя.
- Она сказала о том же, - поникла Белая. - Она сказала, что это Когтистая Лапа заставлял ее ненавидеть меня.
- И все-таки не верь ей. Ее мать была ведьмой и делала то, что не под силу было даже шаманам. Она приворожила брата Когтистой Лапы к своей дочери, а он, я помню, был очень красивым. Многие девушки с надеждой смотрели ему вслед. Он мог позвать любую из них, а он вдруг выбрал худую и угрюмую Сосновую Иглу. Тогда многие девушки закрыли свои лица, чтобы никто не видел их слез, некоторые даже обрезали свои косы, а через какое-то время брат Когтистой Лапы зачах от непонятной болезни и Серая Сова ничего не мог поделать. Он даже не мог сказать от чего сильный воин теряет не только силы, но и разум. Когтистая Лапа сильнее своего брата. Пусть он вынужден был взять Сосновую Иглу после его смерти и заботиться о ней, но он так и не приблизил ее к себе. Она боится его. Поговаривают, что она не может сотворить с ним то, что проделала со старшим братом, потому что у него есть сильный амулет. Ты ведь тоже заметила ту кожаную повязку, которой перетянуто его запястье?
Белая кивнула.
- Говорят, это он и есть. Когтистая Лапа сам сделал его. Он никому ничего не говорит. Сосновая Игла яриться, что дикая кошка, но не может заставить его сделать то, что хочеться ей.
- Думаю, не нам с тобой осуждать ее, несчастную в любви. Я рада, что она больше не хочет вражды со мной, и если бы она была такой, как ты описала ее, то думаю, она ни за что не подошла бы ко мне, предлагать мира.
Осенний Лист покачала головой, как-то странно взглянув на подругу. Она, как будто колебалась, решаясь что-то сказать.
- Ты моя подруга, - сказала она наконец. - И я не хочу, чтобы с тобой случилось что-то недоброе. Я могу сказать тебе только то, что мой муж и Когтистая Лапа были лучшими друзьями и Широкое Крыло хорошо знает его. Какой бы подарок тебе ни сделала Сосновая Игла, лучше выбрось его. Эта женщина не умеет радоваться.
