– Хорошо. Тогда до среды. Кассель, ты, может, злишься или чего-то не понимаешь, но дело того стоит. Осталось совсем недолго, доверься нам и получишь все, о чем только мечтал.
Филип выходит на улицу и спускается с горки к машине Баррона. В кухню заходит Лила и кладет мне на плечо руку. Я стряхиваю ее.
– Нужно уходить отсюда. Тебе необходим отдых.
Не дожидаясь моего ответа, она достает из шкафа перчатки и плащ.
Я просыпаюсь. Комнату заливает солнечный свет, а ко мне прижимается кто-то теплый. Не сразу соображаю спросонья, что происходит и почему рядом лежит полуголая белокурая девчонка.
Сэм закрывает за собой дверь.
– Привет, старик, – шепчет он.
Лила недовольно взмахивает рукой; оттолкнув меня, перекатывается к стене и накрывается подушкой. Юбка у нее задралась.
Начинаю припоминать: мы прошли почти три квартала, из магазина позвонили в такси, потом сидели на тротуаре, прислонившись друг к другу, и ждали. Куда было деваться? А в общежитии в это время обычно никого.
– Не волнуйся, Валерио нет, – говорит Сэм. – В следующий раз только носок на дверь повесь.
– Носок?
– Брат научил: это такой международный способ оповещения – вежливо намекаешь соседу по комнате, что на вечер у тебя планы. А то он ненароком может войти в самый неподходящий момент.
– Понятно, – зеваю во весь рот, – извини. В следующий раз непременно повешу носок.
– Кто это? – Сэм кивает на Лилу и опять переходит на шепот. – Она вообще из Веллингфорда? Ты что, спятил?
Лила сонно ему улыбается.
– Классная форма, – голос у нее хриплый и незнакомый.
Сэм краснеет.
– Я Лила, а Кассель действительно спятил. По нему разве не видно? Он чокнутый, сколько я его знаю, а за последние годы, очевидно, совсем съехал с катушек.
Она ерошит мне волосы затянутой в перчатку рукой, а я морщусь в ответ.
– Это старый друг. Друг семьи.
– Скоро вечер, ученики вернутся, – поднимает брови Сэм. – Вам с «другом» лучше бы отсюда выметаться.
– Как ты себя чувствуешь? – Лила приподнимается на локте.
Лежит полуголая со мной в одной кровати и хоть бы что. Привыкла, наверное, бегать голышом, пока была кошкой. Но я к такому не привык.
– Нормально.
Ребра болят, но уже не так сильно.
Она зевает и потягивается, выгибаясь всем телом и хрустя позвонками. Весь мир перевернулся с ног на голову, правил больше нет. А раз так, буду делать что вздумается.
– Эй, в жизни не поверишь: я – мастер.
Сэм таращится на меня, разинув рот, а Лила вскакивает.
– Нельзя ему такое говорить.
– Почему? Я и сам не знал до вчерашнего дня. С ума сойти, правда?
– Мастер чего? – наконец выдавливает сосед.
– Если ты ему и это скажешь, убью, но сначала – его.
– Вопрос снимается, – машет руками Сэм.
В шкафу, по счастью, осталось кое-что из моих вещей. Одевшись, я бегу в библиотеку. Пора растрясти рабочий капитал.
Спускаемся к магазинчику, ученики там вечно воруют жвачку. Лила берет бутылку шампуня, мыло, огромный стакан кофе и три шоколадки, а я расплачиваюсь на кассе.
– Он хороший парень, – улыбается хозяин магазина, мистер Гадзонас, – вежливый, не ворует ничего, не то что остальные. Повезло вам, девушка, с кавалером.
Смех, да и только. Выходим на улицу, и я прислоняюсь к стене.
– Будешь звонить маме?
– В Карни все сплетники, ты что, не знаешь? – качает головой Лила. – Нет уж. Никто, кроме отца, не должен знать, что я вернулась.
Киваю.
– Тогда давай ему позвоним.
– Сначала я приму душ. – Она задумчиво вертит в руках шампунь.
Мои широкие брюки болтаются на ней, рубашка висит мешком. В таком наряде Лила похожа на бездомную бродяжку. Ботинки с высокой шнуровкой она откопала где-то на дне шкафа.
Набираю номер такси, той самой фирмы, водитель которой довез нас сюда.
– Помыться тебе негде.
– В гостинице.
Неподалеку есть одна, неплохой отель, там останавливаются родители, когда приезжают проведать учеников. Нет, не сработает.
– Поверь, нам двоим комнату не сдадут. Наши много раз пытались.
Лила пожимает плечами.
– Ладно, что-нибудь придумаем. – Вешаю трубку, не дожидаясь ответа диспетчера.
Во время уборки комнаты в гостинице часто оставляют открытыми. Снять номер, скорее всего, не получится, зато, если повезет, можно бесплатно забраться туда и принять душ.
На парковке мы сталкиваемся с Одри и двумя ее подружками, Стейси и Дженной. Стейси показывает мне средний палец, а Дженна пихает Одри локтем в бок. Не надо бы на нее смотреть, но я все равно смотрю. Бывшая девушка поднимает голову, но на меня не смотрит.
– Знаешь ее? – интересуется Лила.
– Да. – Я поворачиваю в сторону гостиницы.
– Симпатичная.
– Да. – Засовываю руки в перчатках поглубже в карманы.
Лила оглядывается.
– Готова поспорить на что угодно, у нее есть душ.
Когда мошенничаешь, необходимо помнить и еще кое-что (тоже мама научила): гораздо легче обмануть простачка, если предложение исходит не от тебя, а от кого-то другого. Именно поэтому чаще всего требуется партнер.
– Кассель мне столько про тебя рассказывал, – Лила широко улыбается и тут же превращается из подозрительной бродяжки со свалявшимися волосами в нормальную девчонку.
