Ввалившись в квартиру с кучей чемоданов и ящиков, Алексей сразу представил им Милу, которая с опаской поглядывая на семью будущего мужа, скромно стояла в сторонке. Матери и отцу она понравилась, но Ленка со злостью взглянув на Милу прошипела, что устроит ей "небо в алмазах", и она сама убежит в свою "Тмутаракань" еще до свадьбы. Родители отчитали дочь за такое поведение, но переубедить ее не смогли. Мила привезла в Москву вещи подруги, и как на грех, Катерина, обрадовавшись, что та едет с женихом, надавала им с собой кучу заготовок, которые приготовила для Лины. У Лешки вылезли глаза на лоб, когда она стала выставлять ящики и коробки из сарая...
Оставив возмущенную сестру разбираться с родичами, Лешка схватил чемодан Лины, потом, оглядев консервированные дары Крыма, выбрал две коробки полегче, взял под руку Милу и крикнул родителям, чтобы к ужину их не ждали.
- Ты знаешь, как туда ехать? - спросила Мила, которая ни разу не была у Лины.
- Весьма приблизительно! Но ничего! Язык до Киева доведет! - засмеялся он.
Потом подумал и решил не тратить зря время и силы. Он посмотрел на свою невесту и спросил:
- Милая, ты когда-нибудь была в Москве?
- Нет, - ответила Милка.
- Тогда я тебя прокачу не на общественном транспорте, а в такси. Посмотришь на город из окна автомобиля. Гулять, так гулять! Подумаешь десятка! Сейчас быстренько принесу все коробки, а ты тут постой. Раз мы решили прокатиться на машине, отвезем твоей подруге все, что нам надавала ее тетка.
- Но мы ведь только что приехали на такси! - улыбнулась Мила.
- Это была вынужденная необходимость. Мне жаль тебя растравливать, но я столько не зарабатываю, чтобы каждый день разъезжать на такси. Но сегодня можно!
- Меня это нисколько не расстраивает! Я люблю тебя, а не твою зарплату!
Лешка расплылся в довольной улыбке.
- Но иногда мы сможем себе это позволить!- целуя любимую, сказал он. - К тому же, когда мы ехали домой, ты больше пререкалась с Ленкой, чем смотрела по сторонам. А теперь я тебе постараюсь показать хотя бы те места, мимо которых мы поедем.
- Хорошо, согласилась с ним Мила. - Только оставь пару коробок родителям. Лина никогда не съедает всего. Она мне сама жаловалась, что тетка ее забрасывает заготовками. Она еще в Симферополь поедет, проводнику накидает столько же...
- Что оставлять?
- Оставь огурчики с помидорами. Они у тети Кати самые вкусные. И персиковый компот. Огурцы с помидорами на свадьбу, компот твоим предкам. И сестрице.
- Сестру сколько персиками не корми, все равно останется врединой.
- Это я уже заметила! - засмеялась Мила, но про себя подумала, что эта Ленка еще натворит дел. Мало никому не покажется!
Через четверть часа, Лешка погрузил все коробки в машину и они с Милой поехали в Балашиху. Молодые люди сели на заднее сидение и Лешка с воодушевлением показывал Миле Москву. Девушка была в восторге. Она никогда не была в Москве, и ей все было интересно.
- Теперь ты будешь здесь жить. Я тебе покажу все, что ты попросишь. В театры будем ходить, в музеи.
- Здорово! Только у меня большие сомнения в том, что твоя сестрица оставит нас в покое, - пожаловалась Мила Лешке.
- Я ей покажу, как обижать мою невесту! Не беспокойся, мы справимся!
- Хотелось бы верить! - вздохнула девушка.
Но вот машина выехала за пределы города и понеслась по почти пустынному шоссе. Мимо мелькали деревни, поля и леса. Вскоре водитель сказал:
- Въезжаем в Балашиху. Какая улица?
Лешка назвал улицу и дом, и водитель обрадовался.
-Так это же рядом! Даже в город въезжать не надо! Почти на шоссе.
Высадив пассажиров, водитель получил деньги и уехал обратно. А Мила и Алексей только войдя во двор дома, услышали странные звуки. Им показалось, что кто-то плачет.
- Лина! - вскрикнула девушка и, буквально влетев в дом, кинулась на помощь подруге.
Пока Лешка затаскивал тяжелые коробки на террасу, Милка уже успокаивала Лину, которая лежала на диване и, уткнувшись лицом в подушку, рыдала.
- Что случилось? - войдя к ним в комнату, спросил Лешка.
- Не знаю! - ответила Мила. - Плачет и ничего не говорит.
Лина перевернулась, обхватила руками свою единственную подругу и продолжала горько плакать. Мила гладила ее по голове, вытирала ей слезы платком, и пыталась узнать, что произошло. Но Лина упорно молчала и продолжала лить слезы. Глаза и нос у нее покраснели, губы и плечи вздрагивали, и Милка решила, что у нее началась истерика.
- Может, воды принести? - растерянно глядя на девушек, спросил Лешка.
- Принеси. И вон, кажется, аптечка висит. Посмотри, может, там валерианка есть.
Алексей пошел в кухню, налил в стакан кипяченой воды из чайника и полез в аптечку.
- Слушай, - крикнул он Миле, - тут ничего нет. Только анальгин и перекись водорода. А вот еще какие-то таблетки лежат.
- Да не надо нам таблеток. Нельзя ей!
- Чей-то ей нельзя? - удивился парень.
- Потом объясню, - махнув рукой, проговорила Мила и снова начала гладить подругу и говорить ей ласковые слова. Лина немного успокоилась. Теперь она только вздрагивала и всхлипывала. Она с удивлением посмотрела на Милу и спросила:
- От-т-кудда ты взялась?
