Избежать самого страшного мне тогда удалось, но сюрпризы в тот день на этом, увы, не закончились: при подъезде к дому я заметил несколько полицейских машин, что заставило меня насторожиться; нехорошие домыслы и некоторые опасения подтвердились, когда проезд моему Sundance загородил натягивающий между фонарями жёлтую ленту с чёрной надписью «CRIME SCENE: DO NOT CROSS» слуга закона и порядка свободных пропорций…
— Классические признаки липового полицейского: слегка неправильная униформа, значок из пластика, отказ показывать удостоверение, отсутствие идентификаторов на машине и просьба покинуть транспорт без запроса документов. — донеслось до меня из-за спины офицера. Покинув автомобиль (и шагнув чуть вбок) я увидел сидящую на бордюре мать и беседующих с ней людей (женщина, молодой мужчина плюс сам МакГиббонс) в тёмно-синих куртках с тремя ярко-жёлтыми буквами «FBI» на спине…
— Но мне о таком никогда не рассказывали! — оправдывалась она.
— А кто должен был вам об этом рассказать? Беверли Д’Анджело?
— Мама! — попытался я проскочить под натянутой преградой, но меня удержали. — Пустите меня: там моя мама! Эй! Я здесь!
— В чём дело, гражд… — повернулся в мою сторону офицер Джон. — Винтерс, немедленно пропусти его: этот парень — тоже пострадавший!
— Господи, Тим! — заметив моё появление, вскочила на ноги мама. — Хвала Небесам, что ты в порядке! Я так за тебя беспокоилась… — обняв меня, она чуть не расплакалась. — Они там всё перевернули…
— Кто «они»? — не понял я. — А также где и что перевернули?
— Тим Аткинс? — подошли ко мне проводившие беседу ранее женщина и мужчина. — Марта Спандер и Элвуд Клайтон, ФБР. Нам надо поговорить.
— Что здесь, чёрт возьми, произошло? — отойдя с ними в сторону, спросил я.
— Организованный налёт. — последовал ответ. — Четверо ряженых в офицеров полиции мужчин подъехали к дому на угнанной машине и постучались в дверь; когда им никто не открыл, они проникли внутрь, где наткнулись на дремлющую хозяйку; пока двое отвлекали её на себя, ещё двое пытались похитить некую взятую на передержку из страны бывшего социалистического блока Карлу Макосу…
— Проще говоря, кошкодевушку. — перебил я. — Увы, меня в тот момент не было дома.
— Мы знаем. Так вот, судя по уровню общего разгрома, обе агрессивно отбивались, однако, перевесило численное превосходство и несколько метких ударов; вызов поступил слишком поздно, а мы с напарником просчитались, отправившись сначала в местный участок…
— Если это поможет следствию, то могу рассказать, как меня только что преследовали люди на вишнёвом Chevrolet Caprice; они засекли меня ещё в Ковингтоне…
— А вот с этого момента попрошу подробнее, причём не только устно, но и письменно.
После дачи показаний меня попросили временно покинуть место преступления; пришлось подчиниться, уйти за ленту и сесть на ещё горячий от жары бордюр.
— Всё это — ужасно и бесчеловечно. — примостилась рядом со мной Уайла. — Искренне тебе сочувствую; моя крёстная сделает всё возможное, чтобы этих подонков нашли и никто из них не избежал ответственности за содеянное.
— Они забрали Макосу и подрались с моей матерью. — послужил ответом с моей стороны тяжёлый вздох. — А незадолго до этого я узнал, что моего настоящего отца убили, когда мне ещё не исполнилось и года: оказывается, всё это время я жил с отчимом, который страдал зависимостью от кокаина, но изо всех сил с ней боролся, тщательно скрывая этот недуг от окружающих. Хорошо это или плохо? Решать, увы, не мне.
Некоторое время мы сидели молча.
— Я слышала, что ужасные отцы обычно становятся хорошими дедушками… — нарушила через некоторое время установившуюся тишину Делен.
— Судя по деду Билла, отец он был замечательный.
— Это его и сгубило. — раздалось сверху: к нашему разговору неторопливо присоединился Одди. — Чересчур хорошо отыгрывал благополучие, вот и задолбался… Кстати, когда в Лас-Вегасе он проиграл в кости что-то порядка тысячи баксов, то всё равно вышел победителем, украв из подсобки ресторана казино двенадцать ящиков подсластителя Sweet'n Low. Давай, прекращай кукситься и вставай: тебя ждут.
— Кто меня опять ждёт? — нехотя поднялся я. — Очередные неприятности?
— Нет, Эдит и Тиффани. — направились мы втроём к припаркованному на углу зелёному универсалу AMC с открытыми нараспашку дверьми. — Я им всё рассказал; они поверили и готовы помочь тебе вызволить Карлу.
