Жон сердито выругался, но не стал с ним спорить. Всё равно никаких других идей у него не было. Он сделал петлю, надеясь таким образом разминуться с Руби. Тогда ему удалось бы найти его одежду, а потом оставалось бы лишь позвонить ей, сказав, что всё же сумел убить Беовульфа или даже просто от него убежал.
– А ну вернись!
Ну, или она сама могла бы его выследить. Жон рванул через заросли на восток. Позади него послышались голоса Вайсс и Пирры, что было совсем уж плохо.
Он ведь не мог с ними поговорить и как-то объясниться – скорее всего, они тут же узнали бы его голос. Как и сказал Реми, только различия во внешности пока спасали его от опознания. И за эти его особенности следовало поблагодарить маму, пусть и не слишком сильно, поскольку именно она и натравила на него тех Беовульфов.
Как бы там ни было, стоило поторопиться. У Руби имелось Проявление скорости, и она рано или поздно могла его просто вымотать, поскольку неутомимости настоящих Гриммов у Жона всё же не было.
– Вижу его, – послышался голос Вайсс откуда-то с севера.
Вот ведь дерьмо!
– Сюда! – а это уже, похоже, была Нора.
Дважды дерьмо!
Смесь страха и раздражения мгновенно превратилась в гнев. Жон тихо зарычал и, сверкнув глазами, еще сильнее углубился в лес – подальше от этих голосов. Почему они вообще стали его преследовать? Они и вправду считали это хорошей идеей? Ведь стоило ему развернуться и… Хотя нет, о чем он вообще думал? Это же были его друзьями.
Жон совсем не хотел им как-либо вредить, пусть даже они и устроили на него самую настоящую охоту. Сжав кулаки, он постарался направить всю свою ярость на то, чтобы быстрее бежать. Обогнув очередное дерево, Жон бросил взгляд через плечо, чтобы убедиться в том, что уже достаточно от них оторвался. Голоса перекликались довольно далеко от него, но слышал он все-таки отнюдь не всех. А это означало, что остальные могли сейчас находиться где угодно. Разве способен был этот день стать еще хуже?
И тут он во что-то врезался.
– Ай!
– Уф!
Жон упал на кого-то, уткнувшись носом в слегка пахнувшие ванилью черные волосы. Уставившись прямо в круглые желтые глаза, он тем не менее успел заметить, как Блейк начала открывать рот для того, чтобы предупредить свою команду.
Жон сделал самое первое, что пришло ему в голову, – обездвижил ее и попытался заткнуть рот щупальцем.
Блейк сжала зубы, не позволив ничего туда засунуть, а потом еще и пнула его в голень. Поднявшись на ноги, Жон подтащил ее к себе, по-прежнему зажимая ей рот.
Возникла пауза, пока они оба пытались осознать ту ситуацию, в которой внезапно оказались. Жон тяжело дышал, стараясь перевести дух, а Блейк, прижатая спиной к его груди при помощи щупалец, подозрительно затихла.
Наверное, она слишком сильно его испугалась.
“Ну и что мне теперь с ней делать?” – спросил Жон. – “Я ведь не могу ее оглушить или еще как-то ей навредить. Все-таки она – мой друг, да и это место для нее довольно опасно”.
“Ну, избавься от нее так, чтобы это было для нее безопасно”, – посоветовал ему Реми.
Ну да, и как же он должен был это провернуть? Его снова охватил гнев – на Блейк, которая так не вовремя повстречалась ему на пути, и на Реми – за его тупой совет. Он почувствовал, как судорожно дернулось его щупальце, и тихо зарычал.
Блейк скривилась от боли.
Жон тут же ослабил хватку. Почему это вообще его так сильно злило? Вздохнув, он задумался. Да, эта ситуация его не только раздражала, но к тому же оказалась еще и довольно опасной. Но это вовсе не было ее виной. Ему лишь оставалось надеяться на то, что он не успел слишком уж сильно ей навредить.
Блейк, похоже, так и не поняла его добрых намерений и попыталась вырваться, щекоча своим бантиком его нос… И тот, к слову, совсем не был похож на ткань – слишком уж он оказался теплый. Жон еще крепче прижал ее к себе, чтобы она случайно не поранилась.
– Прекрати, – прошипел он, стараясь как можно сильнее изменить голос, чтобы Блейк точно его не опознала. К тому же она пока еще не видела его лица. – Не сопротивляйся, и тогда я не стану тебе вредить.
Он надеялся, что его слова прозвучали достаточно убедительно и при этом не слишком жутко. Но Блейк почему-то моментально покраснела, а потом еще и закрыла глаза, хотя испуганной совсем не выглядела. Наверное, это было хорошо. Ее руки чуть дернулись, но, сделав глубокий вздох, она обмякла в его хватке.
– Хорошая девочка, – прошептал Жон.
– Будь ты проклят, – прошипела она в ответ, но ее голос звучал несколько необычно из-за того, что Блейк старалась не размыкать губ. Еще она немного повернула голову, прижавшись щекой к его плечу. Это не позволяло ей рассмотреть его, но зато дало ему возможность заметить довольно странное выражение на ее лице. – Я никогда раньше… Не так я это себе представляла.
