Но это вовсе не значило, что Вайсс желала проводить с ними целые дни. Иногда очень хотелось заняться какими-нибудь своими делами, а еще лучше потратить это время на общение со своей сестрой, которую девушка видела не так уж и часто.
– Все просто прекрасно, – ответила она на вопрос Винтер. – Думаю, мы имеем довольно неплохой шанс отлично показать себя на Фестивале Вайтела.
– Всего лишь шанс, Вайсс?
– Не хочу искушать судьбу, заявляя, что мы уверены в своей победе.
– А вы в ней уверены?
Девушка попыталась спрятать свою улыбку.
– Скажем так: она вполне вероятна…
– Ну что же, мне бы очень хотелось посмотреть на ваше выступление, – улыбнулась Винтер, пока они шли через сад к немного более уединенным помещениям Бикона. Стоял довольно жаркий полдень, и множество студентов валялось сейчас прямо на траве в тени деревьев, наслаждаясь отсутствием занятий. Но еще больше их делали домашние задания или просто прохлаждались в своих комнатах.
Например, Руби с Пиррой играли в какую-то настольную игру, когда Вайсс их видела в последний раз. А еще они планировали пригласить к себе Нору с Блейк. Жон упомянул что-то о встрече со своей сестрой, но отказался от предложения своих товарищей по команде пойти вместе с ним. Скорее всего, она была довольно застенчивой.
– А что насчет тебя? – поинтересовалась Вайсс. – Ты все еще собираешься вернуться в Атлас?
– Нет, планы немного поменялись, и я остаюсь здесь.
Подобный ответ застал девушку врасплох, так что она чуть было не уставилась на свою сестру, раскрыв от удивления рот. К счастью, вбитая в нее с самого детства дисциплина позволила удержать себя в рамках приличия. В последнем их разговоре Винтер упоминала о том, что была намерена отправиться в Атлас, а затем вновь вернуться сюда уже во время Фестиваля.
– О, – выдавила из себя девушка. – Что-то случилось?
– Нет. Ничего такого, о чем стоило бы волноваться, Вайсс. Как, кстати, идут дела в твоей команде?
Смена темы разговора была слишком уж очевидной, но она не стала заострять на этом внимание. Если Винтер не могла ей ничего рассказать, то не стоило ее об этом и спрашивать.
– Все замечательно, – ответила девушка. – Пирра по-прежнему остается лучшей ученицей класса во всем, что касается поединков, иногда даже проводя спарринги с целыми командами, а у меня все еще лучшие оценки в учебе.
Конечно, ее слова прозвучали немного хвастливо, но Вайсс считала это вполне допустимым в разговоре со своей сестрой.
Винтер ей улыбнулась.
– Ничего иного я от тебя и не ожидала, – но ее улыбка тут же поблекла. – Что насчет той девочки? Руби, кажется?
Здесь все было куда сложнее, и ей даже пришлось подавить свое раздражение, появившееся из-за тона ее сестры. Винтер произнесла эту фразу так, будто заранее считала девочку проблемой. И честно говоря, основная часть вины за это лежала на самой Вайсс, что тоже нисколько не улучшало ее настроения.
– Руби делает огромные успехи, – попыталась она защитить свою подругу. – Плохие оценки она получала только из-за того, что пропустила целых два года подготовительной школы и поступила в Бикон гораздо раньше положенного срока. Но она усердно трудилась и с моей помощью сумела нагнать учебную программу.
– Но ты все же была вынуждена ей в этом помогать? По-моему, это несправедливо, что недостаток ее знаний мешал тебе нормально учиться.
– Винтер, никто меня к этому не принуждал – я сама решила ей помочь.
– И даже так – твоя благотворительность должна была сильно сказаться на наличии у тебя свободного времени. Если девочка еще не готова к учебе здесь, то ей не следо-…
– Руби справилась, – заявила Вайсс, давая своей сестре понять, что не желала дальше спорить на эту тему. – Она является важным членом моей команды, и я не хочу слышать ничего подобного. Даже от тебя. Прости, Винтер.
Та тяжело вздохнула, что хорошо показывало испытываемое ей сейчас удивление и, скорее всего, раздражение. Но, как это было принято у Шни, девушка постаралась это скрыть. Ведь Шни никогда не устраивали сцен.
– Но именно ты жаловалась на нее в своих письмах, – заметила Винтер.
– Да, – прикрыла глаза Вайсс, почувствовав стыд за то, что тогда писала своей сестре. – Но я была не права. Я сделала выводы, основываясь на недостоверной информации, и Руби быстро продемонстрировала мне то, что я ошибалась на ее счет.
– Понятно…
Она сильно сомневалась в том, что Винтер ее действительно поняла, но с этим вряд ли можно было что-то сделать. Руби совсем не напоминала ту, с кем могла бы подружиться Шни. Девочка была дерзкой, шумной, необразованной, наивной, бедной идеалисткой, слишком бурно выражавшей свои эмоции буквально по любому поводу. Она не проходила практически ни по одному критерию, и это заставляло Вайсс размышлять о том, что глупой была вовсе не Руби, а те самые стандарты, которых пыталась придерживаться семья Шни. Ни один член ее команды не смог бы стать ее другом, если бы Вайсс руководствовалась лишь ими, но тем не менее сейчас она была куда более счастливой, чем когда-либо еще.
– А что насчет последнего члена твоей команды?
– Жона?
