Было вполне понятно, что она ничего не собиралась ему объяснять, пока Жон не выполнит ее условие. С другой стороны, насчет его желания сохранить свою личность в тайне Синдер ничуть не ошибалась. Быстро кивнув, парень закрыл глаза и практически мгновенно превратился. Ему всегда было гораздо удобнее находится в форме Гримма, когда не надо было прятать ни свои силы, ни щупальца внутри своего тела.
– Готово. Теперь ты расскажешь мне, что тут происходит?
Девушка внимательно осмотрела Жона, а затем кивнула.
– Кое-кто пожелал с тобой встретиться. И этого кое-кого я хотела бы видеть на своей стороне.
– Я его знаю?
– Нет, вы с ним до этого ни разу не встречались.
Парень прищурился.
– И разумеется, он не из тех, кто мог бы мне понравиться?
Ее молчание говорило само за себя.
– Синдер…
– Ты обещал, что поможешь мне, – с упреком произнесла девушка. – Ты согласился сыграть роль Хентакля, если мне это понадобится и не причинит никакого вреда твоим друзьям. Это как раз такой случай. Мне нужно только, чтобы ты появился там и немного с ним поговорил.
Синдер повернулась к нему боком, сердито глядя на Жона краешком глаза.
– Если, конечно, ты вообще собирался сдержать данное мне обещание. Я выполнила условия сделки и рассказала тебе, зачем пришла в Бикон. А ты теперь собираешься меня предать? После того, как я практически вырастила тебя?
Она действовала слишком грубо – даже Жон это видел. Почему бы тогда еще не упомянуть про все те случаи, когда девушка перевязывала ему ободранные коленки или, например, позволяла спать с собой, когда ему снились кошмары? Разумеется, парень вовсе не собирался предавать свою старшую сестру. Их связывало слишком уж многое.
– Я помогу тебе, – произнес он. – И ты это прекрасно знаешь, поэтому прекрати уже пытаться давить на мою совесть…
– Ты – принц Гриммов, – ответила Синдер. – У тебя вообще не должно быть никакой совести.
Она печально вздохнула.
– И где я только ошиблась в твоем воспитании?
– Скорее всего, когда начала заставлять меня делать только то, чего хотелось именно тебе.
Девушка сердито на него посмотрела.
– Это был риторический вопрос, Жон.
– Оу…
Синдер потерла свою переносицу, а затем тяжело вздохнула, заставив парня понервничать, словно он был Беовульфом, чей коготь застрял в человеческом трупе (ну, или рука в банке с печеньем, если, конечно, он правильно понял слова Руби).
– Ладно, это все неважно, – наконец произнесла девушка. – Думаю, теперь тебя уже не переделать, поэтому я просто буду внимательно следить за тем, чтобы ты не пошел туда, куда тебе не стоит ходить. Давай вернемся к тому, для чего я тебя сюда пригласила. Сейчас тебе нужно запомнить несколько вещей. Ты должен выполнять мои указания до последней буквы. Это понятно?
– Это тоже был риторический вопрос?
Синдер прищурилась.
– Нет.
– Тогда да, я все понял.
Девушка еще некоторое время смотрела на Жона, а затем кивнула.
– Хорошо. Самое главное – ты ни в коем случае не должен принимать его предложения. Этим буду заниматься только я. Нужно исключить любую возможность того, что ты случайно согласишься на что-нибудь нелепое или опасное. Поэтому предоставь это дело мне.
– Ладно… Но что он вообще из себя представляет?
– Это неважно. Дальше – демонстрируй полную уверенность в своих силах. И да – я знаю, что это вовсе не твой конек, – поспешила добавить Синдер, когда Жон уже собирался ей возразить. – И я имею в виду вовсе не ту уверенность в себе, о которой обычно говорит твой отец. Никаких там коронных фраз и прочего идиотизма.
– Но я так себя не веду.
“Именно так и ведешь”, – сказал Реми.
– Именно так и ведешь, – сама того не ведая, повторила его слова девушка. – Плохо уже хотя бы то, что эти… те, кого ты называешь своими друзьями, бессовестно используют любые твои слабости при каждом удобном случае.
– Что? Нет, ничего подобного они не делают.
– А тот факт, что ты этого даже не замечаешь, лишь подтверждает мою правоту, – вздохнув, произнесла Синдер. – Салем, дай мне немного терпения. Итак, нужно, чтобы ты просто стоял рядом со мной, не проявляя какого-либо страха или нервозности и ни в коем случае не давая понять тому, с кем мы сейчас встретимся, что на тебя вообще возможно как-либо надавить или повлиять. Ты сможешь это сделать?
– Ты хочешь, чтобы я вел себя как моя мама?
Девушка задумалась.
– А ты это осилишь?
– Могу попробовать. В конце концов, эта встреча не будет длиться слишком уж долго, правильно?
– Да. Я надеюсь, что мы уложимся в один час, – Синдер внимательно на него посмотрела, и парень поспешил выпрямить свою спину и сложить руки на груди, всем своим видом демонстрируя легкое презрение. Вышло что-то среднее между его мамой и дядей Воттсом, но, похоже, девушку это вполне устроило. – Хм, неплохо. Если не выбьешься из образа, то, думаю, у нас все получится. Да, пожалуй, мне это даже нравится.
