Жон кивнул и посмотрел на Тириана. Пройдя мимо линии Гриммов, которые вновь сомкнули свои ряды вокруг Руби и Норы, он выставил перед собой меч. Его дядя окинул довольным взглядом стойку парня и слегка поклонился, демонстрируя очень редко проявляемое этим безумным фавном уважение к своему противнику.
– Я многому научился, дядя. И тебе стоит сразу же начать воспринимать меня всерьез, иначе ты можешь пострадать.
– Хе-хе! Я очень на это надеюсь! Покажи мне, насколько ты вырос.
***
Айронвуд покинул кабинет, где проходила встреча, раздраженно глядя прямо перед собой. Несколько человек из обслуживающего персонала, у каждого из которых на форме имелась характерная снежинка, почтительно поклонились, но он не обратил на них абсолютно никакого внимания. Рука Джеймса на перилах лестницы сжалась настолько сильно, что он даже начал опасаться того, что просто-напросто их сломает. Да еще и прямо на его пути к выходу из особняка Шни неожиданно встала молодая девушка, которую нельзя было просто взять и отодвинуть в сторону. Причем она смотрела именно на Айронвуда.
– Мисс Шни, – поприветствовал ее Джеймс, сделав всё возможное, чтобы не продемонстрировать испытываемый им сейчас гнев. Тем более, что тот был направлен вовсе не на нее. – Мне бы хотелось извиниться за то, что произошло в Биконе, и принести вам свои соболезнования.
– Спасибо, генерал. Но Бикон вовсе не пал, а мои друзья пока еще живы. Ну, по большей части…
– И всё же я прекрасно понимаю, в какой именно ситуации вы сейчас оказались. Я знаю от вашей сестры, сколько для вас значила Академия и ваше в ней обучение. И могу сказать, что ничуть не одобряю то, что ваш отец чуть ли не силой вас сюда притащил, – хотя сам Айронвуд всё равно не имел абсолютно никакого права вмешиваться в эти, по сути, семейные дела. Впрочем, как раз с ее семьей у него и без того хватало разногласий.
– Вы выглядели весьма раздраженным, генерал. На вас так повлияла встреча с моим отцом?
– Да. И прошу прощения за свое недостойное поведение.
– Не стоит. Я прекрасно понимаю, что мой отец является далеко не самым приятным в общении человеком.
Разумеется, всё было так, но именно этот факт и заставлял Джеймса посмотреть на девушку с некоторым подозрением. Шни всегда держались вместе. Ну, по крайней мере, при посторонних. Даже Винтер предпочитала просто ничего не говорить о своем отце, хотя явно его ненавидела. И Айронвуду было совершенно непонятно, почему ее младшая сестра ни с того ни с сего произнесла что-то подобное.
– У нас с ним есть некоторые разногласия, но ничего более, – осторожно сказал Джеймс. – Кое в чем мы с ним не сходимся во мнениях, но тут нет абсолютно ничего необычного.
– Я так понимаю, мой отец недоволен введением эмбарго на поставки Праха, правильно?
Айронвуд согласно кивнул.
– Думаю, что это вполне предсказуемо. С точки зрения чистой экономики ПКШ несет от подобного запрета немалые убытки. Предполагаемые потери прибыли достигают семидесяти, а то и семидесяти пяти процентов.
– Я это знаю, но обстановка у нас сейчас сложилась не самая устойчивая, – ответил ей Джеймс. – Это-…
– Суровое, но необходимое решение, – закончила за него Вайсс.
Айронвуд внимательно на нее посмотрел.
– Разумеется, ничего подобного никто из нас не желает. Но если учесть нашу нынешнюю ситуацию и тот факт, что Прах производства именно ПКШ был использован для нападения на Бикон, становится совершенно очевидно, что следует как можно быстрее разобраться с утечками информации внутри компании. Нападения на наши конвои не могли быть проведены настолько точно без содействия заранее внедренных шпионов. И пока те не будут обнаружены и обезврежены, нужно позабыть о прибыли и сосредоточиться только на безопасности.
– Именно так я и считаю, – сказал Джеймс, всё еще испытывая некоторые подозрения, но уже далеко не в таких объемах. – Но вот ваш отец с этим не согласен.
– Жак является отличным бизнесменом, – ответила ему девушка. – Но любые возможные перемены он воспринимает лишь в штыки. И самое главное – он видит только то, что способно принести ему прибыль, предпочитая больше ни на что не обращать своего внимания.
– Это очень серьезный недостаток, – произнес Айронвуд.
– Так и есть, – согласилась с ним Вайсс.
Генерал еще раз внимательно осмотрел девушку – даже уже, пожалуй, женщину – что стояла сейчас перед ним. И интонации ее голоса показались ему очень знакомыми. Именно так говорила Виллоу Шни в те времена, когда еще являлась весьма серьезным политическим оппонентом. Когда Жак ее еще не сломал. Возможно, Вайсс Шни и была пока что очень молода, но она уже отлично умела скрывать свои эмоции. Впрочем, и сам Джеймс был не настолько далек от политической жизни, чтобы не уловить в ее поведении некоторых нюансов.
– Я рад, что мы с вами пришли к согласию по этому вопросу, мисс Шни. И еще больше меня радует тот факт, что далеко не все в ПКШ предпочитают не смотреть дальше своего носа.
