Глеб терпеливо ждал. Местная молодежь ему не нравилась. В Злобине подростки, с которыми он разговаривал, казались какими-то пришибленными. Они исподтишка показывали средний палец, но ни на что серьезное не решились бы – знали, что Анатольич им уши пообрывает. А эти… Двое парней поднялись и с боков обошли машину. Один поигрывал толстой цепочкой со связкой ключей на конце, а второй чем-то брякал в кармане треников.
– Вы! – Звоницкий указал на длинноволосую девушку. – Покажете мне дорогу.
– Чего-о? Дядя, ты… или…?!
Пока парни лениво шевелились, поднимаясь с мест, блондинка проворно запрыгнула в машину и захлопнула дверцу.
– Оль, ты чего? – позвала ее подружка.
– Да ладно! – Блондинка повозилась, поудобнее устраиваясь на сиденье. – Ничего он мне не сделает. Ведь не сделаете, правда? – обратилась она к Глебу с простодушием дошкольницы. Тот покачал головой.
– Вот видите! – обрадовалась Оля, поправляя длинные платиновые пряди. – Хоть прокачусь на приличной тачке. Заодно сигарет стрельну. Не скучайте! – И девушка помахала рукой.
Звоницкий поднял стекла и нажал на газ.
– Вот тут налево, а потом еще раз налево, – подсказала Оля. – Без меня ни за что бы не нашли!
Глеб вел машину, посматривая на девицу. Вид у нее был очень юный, но все равно какой-то помятый.
– А ты что, тоже там живешь? – осторожно поинтересовался Звоницкий.
– Да вы что! – возмутилась местная жительница. – Я вообще в школе учусь. В выпускном классе.
– И что собираешься делать дальше? – поддержал разговор Глеб Аркадьевич.
– В Москву поеду, естественно! – пожала плечиками девушка. – Не тут же мне сидеть.
– Это я понял. А в Москве что делать собираешься?
– Ой, да что вы вопросы дурацкие задаете! – неожиданно рассердилась школьница. – Москва большая, места всем хватит. Найду что-нибудь.
Звоницкий решил оставить профориентацию и разговоры по душам до лучших времен.
– Скажи, а ты Маню Веселую знаешь?
Оля удивилась:
– Да кто ее не знает… А почему вы спрашиваете?
– Я слышал, она вроде бы пропала… а потом опять нашлась. Было такое?
Девушка неохотно кивнула.
– У нас часто кто-то пропадает, – пояснила она, не глядя на Глеба. – Уедут на заработки, счастья там искать или еще куда. И все.
Пыльная грунтовая дорога свернула в лесок, вдалеке показались железные вагончики.
– Почти приехали. Вон туда, видите?
Глеб Аркадьевич достал из нагрудного кармана фотографию Каролины и показал Оле:
– А эту девушку ты видела?
Реакция школьницы поразила Звоницкого. Оля рванула дверцу и на ходу выпрыгнула из машины. Глеб резко нажал на тормоз, но с блондинкой все было в порядке – отряхнув коленки от пыли, девица бегом удалялась в сторону Вырина, иногда оглядываясь через плечо. Конечно, догнать ее на машине не составило бы труда, но Глеб сообразил, что разгадка тайны уже совсем рядом. Скорее всего, там, за деревьями, в одном из зеленых вагончиков. Поэтому он прибавил скорости и въехал в поселок.
Следовало признать, что бизнес здесь был поставлен на широкую ногу. Два десятка вагончиков стояли в живописном леске у самой трассы. Впрочем, живописным он выглядел только издали – когда Глеб подъехал ближе, то увидел, что деревья больные и облезлые – видимо, от постоянного соседства выхлопных газов, земля укатана колесами до состояния асфальта, на веревках сохнут какие-то тряпки, а запах еды, доносящийся из одного вагончика, отбивает остатки аппетита.
«Плечом» называется поездка в один конец, иными словами, один рейс. Поэтому и девицы, сопровождающие дальнобойщиков, носят название плечевых. Дальнобойщики – ребята непритязательные, ездят в любую погоду – и в стужу, и в зной. Поэтому не всякая ночная бабочка потянет такую нагрузку – только очень выносливая и неприхотливая. Ну или та, кому некуда больше податься и нечего больше терять.
Женщины, которые вышли из вагончиков при звуке мотора «Паджеро», были именно из этой категории.
– Мужчина, вам чего? – слегка пошатываясь, игриво поинтересовалась одна из тружениц дороги – лет сорока, без зубов, зато с ярко накрашенными губами. Видимо, иномарки заезжали в поселок нечасто.
– Заблудились, что ли? – мрачно спросила другая. – Выезд на трассу вон там.
Глеб огляделся. Здесь наверняка должна быть охрана – не круглосуточно, но на случай неизбежных проблем. И, само собой, неподалеку «мамка» – кто-то же руководит этим колхозом. Значит, надо уладить все дела до того, как «мамка» вызовет подмогу.
– Слушайте, красавицы! – дурашливо воскликнул Звоницкий. – Я тут одну девушку ищу… мне ее дружбан посоветовал. Очень она ему понравилась.
Та из женщин, что была трезвой, смерила Глеба острым взглядом. Ветеринар и сам понимал, что легенда хилая, поэтому зачастил:
– Давайте, девоньки, не томите. Я мужик женатый… но сами понимаете, жена – это одно, а любовь – совсе-е-ем другое!
Первая захихикала. Вторая уставилась на Глеба точно рентген:
– А кто твой дружбан?
– Да Серега! Серега, на «мерсюке» ездит, на фуре.
Наверное, в день мимо Путашкина проезжает сотни две мерседесовских фур, и каждого пятого водителя зовут Серегой.
