На родине Рукавишников учился в ПТУ на слесаря. Когда в Украине начался Евромайдан, Саша «увлекся политикой» — информацию черпал из новостей по российским каналам. В ноябре 2014 года он сказал матери, что уезжает в Москву на заработки, семья отпустила. И Саша действительно поехал в Москву, где встретился с людьми Полынкова (соратника Стрелкова-Гиркина), получил указания и сел на поезд до Ростова. «В Ростове человек в гражданской одежде, имени не знаю, отвез меня в коттедж, где была база добровольцев. Уже там мне выдали форму и экипировку, но не оружие», — говорит Рукавишников.
Через несколько дней группу боевиков, в составе которой был беларус, перевезли в Донецк по такой же схеме, как несколькими месяцами ранее Русяева: на двух микроавтобусах с пересадкой в Луганской области. «Автомат со склада дали уже в Донецке. Учебы почти не было, буквально через пару дней распределили в 1-ю Славянскую бригаду, в разведку. Я выбрал себе позывной “Долг”, потому что мне казалось, это мой долг — защищать землю Донбасса от “фашистов”».
Всего на Донбассе Рукавишников провел чуть более года. После контузии, зимой 2016 года, он некоторое время жил у знакомых в Санкт-Петербурге, а затем решил вернуться в Беларусь.
По его словам, паспорт с отметками о пересечении границы пришлось выбросить еще на КПП «Изварино» при въезде в Россию с территории ЛНР. Оказалось, что получить новые документы в Беларуси не представляет труда: Саша просто пришел в паспортный стол по месту прописки, в Горках, и ему выдали паспорт. Паспортные столы в Беларуси относятся к местным отделам внутренних дел, а, значит, входят в структуру МВД. Рукавишников же в интервью упоминает о том, что за время его отсутствия «дома проводил обыск КГБ» и неоднократно приходили из милиции.
«Через несколько дней после возвращения в Горки вызвали на беседу в органы. Как я понял, это были сотрудники областного КГБ. Задавали стандартные вопросы — сколько пробыл на Донбассе, собираюсь ли обратно. Их больше интересовали беларусы, которые на украинской стороне. Сказали: “Нам АТОшники интереснее, чем ты”. Говорили вежливо, какого-то давления не чувствовалось. Я сказал, что больше не поеду на войну, и тогда мне дали подписать документ, что я предупрежден об уголовной ответственности за наемничество. Поэтому теперь бояться нечего, меня уже точно не посадят», — утверждает Рукавишников.
Правоохранители им действительно больше не интересовались. Хотя своей прошлой принадлежности к НВФ беларус не скрывает: на его странице «ВКонтакте» до сих пор можно найти фото, где он позирует с другими боевиками в форме и с оружием в руках. Сейчас Рукавишников живет в Мстиславле, женился, воспитывает сына и работает по специальности — слесарем.
Во время нашего интервью в Рукавишникове не было заметно ни гордости, ни осторожности, ни желания что-то скрыть. Он говорил абсолютно безучастно, будто пересказывая чужую историю. Такое равнодушие легко объяснить контузией и посттравматическим синдромом — все же Саша оказался на войне в действительно юном возрасте, а, возможно, у него просто отсутствует рефлексия. Дальнейшая судьба была ему безразлична, ведь главное для Саши — не сесть в тюрьму, а раз опасность миновала, можно расслабиться и плыть по течению.
В 1-й Славянской бригаде Рукавишников оказался далеко не единственным беларусом. В частности, там он познакомился с Алексеем Русяевым из Минска, бывшим милиционером, судимым за убийство.
В 1994 году в одном из минских судов слушалось дело лейтенанта милиции Алексея Русяева — его обвиняли в превышении власти, хищении имущества, хранении наркотиков, истязании и убийстве с особой жестокостью. Следствие установило, что, придя на службу в Первомайский РОВД несколькими годами ранее, Русяев успел сколотить банду, занимавшуюся вымогательствами. Узнав, что в Минске есть группа армянских коммерсантов, торгующих золотыми изделиями, милиционеры-подельники решили похитить одного из них. Бандиты вывезли коммерсанта на окраину города и пытали, чтобы выведать место, где его партнеры хранят выручку. При допросе похитители использовали пытку армейским телефоном: один подводил к телу жертвы оголенный провод, пока другой крутил ручку телефона. В итоге вырабатывалось напряжение более 160 вольт — человека било током. После пытки Русяев задушил армянина и закопал так, что труп нашли только с помощью экскаватора. Суд приговорил его к 15 годам лишения свободы. Но весь срок Русяев не отсидел, выйдя по амнистии.
Еще раньше, в 1991 году, Алексей Русяев, если верить его рассказам, оказался на войне в Хорватии. «Если можно так сказать, “по путевке” от КГБ. Тогда это называлось “тур за автомобилями”. Я был не в Русском добровольческом отряде (РДО), а присоединился к местным сербам. Всего я там пробыл месяца четыре. Отсюда мой теперешний позывной на Донбассе — “Серб”», — говорил мне Русяев.
