На Донбассе Парфенков провел около полутора лет: по его словам, окончательно покинул фронт летом 2016-го. Свою предыдущую семью и маленького сына (он родился, когда тот сидел в колонии) Василий оставил в Беларуси. В Украине он встретил свою будущую супругу, военного медика Яну. Вскоре у пары родилась дочь. Поскольку официальную работу из-за отсутствия документов Парфенков найти не мог, появилось свободное время. В Киеве беларус начал участвовать в скандальных политических акциях. Инициировали их бывшие бойцы добробата, активисты движения ОУН.
В первой половине 2015 года власти начали оказывать давление на Добровольческий батальон ОУН с целью добиться его перехода в подчинение Минобороны. В мае часть бойцов все же вступила в 81-ю десантно-штурмовую бригаду ВСУ, где из них сформировали роту батальонной тактической разведгруппы. Тем временем бывший комбат Коханивский с единомышленниками создал «Добровольчий Рух ОУН» с радикальной повесткой: среди требований звучало «установление временной национальной диктатуры», третий Майдан как «единственный выход для Нации» и создание революционного трибунала для «предателей». К своей цели Рух планировал прийти прежде всего с помощью акций протеста. Самой громкой из них стал погром киевских филиалов российских банков. ОУНовцы разбили витрины в офисе «Сбербанка России», разгромили отделение «Альфа-Банка» на Крещатике, а еще забросали камнями офис компании олигарха Рината Ахметова. 20 февраля 2016-го в интернете появилось видео, на котором в офис «Альфа-Банка» врываются мужчины в камуфляжной форме, бьют стекла, переворачивают столы и стулья. В кадр попал не только Парфенков (он зачем-то разбил горшок с цветком), но и еще один беларуский доброволец, экс-политзаключенный Эдуард Лобов. Полиция задержала погромщиков и завела уголовное дело по части 2 статьи 296 УК Украины — «Хулиганство, совершенное группой лиц». Остальных подозреваемых отпустили под подписку о невыезде в тот же день, но Парфенков остался в изоляторе[71]. Ему грозило до четырех лет лишения свободы.
Объясняя причину своих действий, Коханивский говорил журналистам: «Таким образом мы объявили протест учреждениям, которые зарабатывают на крови украинцев. Получается, мы воюем с Россией, а Россия тут у нас зарабатывает деньги. Это недопустимо». По словам Коханивского, Парфенков, громя банки, «выполнял приказ комбата», то есть его. Лидер ОУН заявлял о якобы политической мотивации дела против Василия и призывал государство «остановить террор» в отношении добровольца, в противном случае обещал поджечь российские банки в Киеве. Такие радикальные методы не вызвали одобрения даже у бывших соратников. Кроме того, кадры погрома показали все российские каналы, что позволило оппонентам обвинить ОУНовцев в создании негативного образа добровольческого движения. 24 февраля суд избирает Парфенкову меру пресечения в виде круглосуточного домашнего ареста на два месяца. По истечении этого срока он не сворачивает бурную деятельность — скорее, наоборот. 9 мая 2017 года ОУН планирует предотвратить акцию «Бессмертный полк» в Киеве, приуроченную ко Дню Победы[72]. Когда колонна демонстрантов приблизилась к зданию на улице Лаврской, где находился офис ОУН, в толпу из окна полетели дымовые шашки. Националисты с красно-черными флагами и под звуки песен УПА пытались прорваться навстречу участникам «Бессмертного полка», но попытку блокировала полиция. На этом бы все и закончилось, но из окна офиса ОУН показался гранатомет. Как потом объяснял Коханивский, тубус гранатомета был пустой и стрелять по людям они не собирались, а хотели просто «припугнуть сторонников “русского мира”». Полиция взяла офис штурмом и задержала несколько десятков националистов. В их числе был и Парфенков. В этот раз его оставляют под домашним арестом на четыре месяца и заводят второе дело по статье «Хулиганство».
