Согласно легенде злой и надменный правитель Узун-паша долго и безуспешно пытался обратить пленную девушку в магометанскую веру. Парасковея была непреклонна, она не могла изменить обычаям своего народа. Тогда красивую и умную, пользующуюся всеобщей любовью и уважением девушку Узун-паша заточил в сырую холодную темницу. Многие дни и ночи просидела она там, стойко перенесла все горести и мучения, но отступницей не стала.
Однажды, когда паша (в который раз!) явился к Парасковее все с тем же предложением, кандалы вдруг упали с рук и ног девушки, темница внезапно отворилась, и Парасковея легкой походкой вышла за крепостные ворота. Узун-паша остолбенел. Опомнившись, он послал в погоню стражу. Янычары нашли Парасковею на берегу лимана. Они уже подняли было ятаганы, чтобы расправиться с беглянкой, но тут опять свершилось чудо. Девушка растаяла в воздухе, а на том месте, где она стояла, забил родник, вокруг которого застыли преследователи, превратившись в каменных истуканов. Со временем их иссушило солнце, размыли дожди, развеял ветер. Только ключ живой прозрачной воды и сегодня продолжает бить из-под земли. Напившись из него, человек будто бы обретает богатырскую силу, становится непобедимым.
Возможно, что у легендарной Парасковеи был реальный прототип. Известно, сколько замечательных легенд о героической борьбе с янычарами создал украинский народ, как возвеличил и обессмертил он в них стойких своих сыновей и дочерей. Плененный их высокой поэтичностью, А. В. Луначарский назвал авторов этих легенд Гомерами.
У входа во второй двор крепости находится одна из самых высоких башен — «башня-хранилище». Эта башня, в частности, интересна тем, что при ее восстановлении здесь, в подземелье, совсем недавно были обнаружены большие запасы проса, пороха и русская кованая пушка семнадцатого столетия. Пролежавшее в хранилище двести пятьдесят, а то и триста лет, зерно решили посеять. И что же оказалось — половина высеянного проса взошла.
В стенах крепости есть галереи, ведущие к лиману, а также водопроводная сеть из глиняных труб. Под крепостью обнаружены два подземных хода, по которым можно было попасть за город. Первый из них начинается под восьмиугольной «Девичьей башней» и выходит у села Переможное, а второй тянется со второго двора до греческого кладбища на южной окраине Белгорода-Днестровского. Нынче пользоваться этими ходами нельзя: они полузасыпаны.
На своем долгом веку крепость повидала многое. Ведь причерноморские степи представляли лакомый кусок для любителей поживиться за чужой счет. Вооруженные захватчики не раз появлялись у этих стен. Грохотали пушки. Неприятельские солдаты взбирались по штурмовым лестницам все выше и выше, но, встретив решительный отпор, отступали. На голову врага обрушивались ядра, летели камни, лилась кипящая смола. Все, чем только можно было сражаться, шло в дело...
Нынче бастионы молчат. Широко распахнуты высокие ворота, и шумная толпа туристов растекается по трем дворам крепости. И каждый день приходят сюда реставраторы: они делают все, чтобы мы смогли увидеть этот прекрасный исторический памятник в его первозданном виде.
Летом 1420 года под стенами крепости впервые появились войска турецкого султана. Они пытались взять ее, что называется, с ходу, но безуспешно и, занятые длительной войной с Византией, ушли восвояси. Однако через треть столетия, когда под их беспрерывными ударами пал Константинополь, переименованный вскоре в Стамбул, и над Византией был установлен протекторат, султан опять обратил взоры на придунайские земли. В 1454 году его войска вновь обстреляли Белгород со стороны лимана. Как выяснилось, это была лишь предварительная разведка. Первая настоящая осада крепости началась в 1475 году. Она стоила обеим сторонам больших жертв, но не принесла противнику желаемой победы.
Подошедший к Белгороду 1 августа 1484 года султан Баязет II называл его ключом к Галиции и Польше. Он решил овладеть им во что бы то ни стало. Кроме турецких войск, под крепость были стянуты пятидесятитысячная орда крымского хана Менглы-Гирея и отряды, созданные в недавно покоренной Валахии. Пятнадцать дней и ночей ни на минуту не стихал бой. Редели ряды защитников. 16 августа захватчики взяли крепость. Жестоко расправились они с жителями героического города. Часть населения была вырезана. Около четырех тысяч мужчин и женщин продано в рабство.
Впервые Белгород был опустошен во время татаро-монгольского нашествия. Теперь же его превратили в пустыню новые захватчики. Они разграбили, сожгли, уничтожили все, что только могли. Из двадцатитысячного населения осталось двести семейств, ютившихся среди развалин.
