Несмотря на поражение, слава о мужестве белгородцев разлетелась далеко по свету. Даже через двести лет доходили до потомков отзвуки ее. Об этом свидетельствуют записки знаменитого путешественника семнадцатого века Эвлии Челеби, который посетил крепость и с восхищением слушал рассказы об отваге ее защитников. Захватчики не только разрушили город. Они отняли у него славянское название, переименовав Белгород в Аккерман, выстроили на месте православной церкви мечеть, стремясь насадить мусульманство. Делалось все возможное, чтобы унизить национальную гордость славянского населения. Оставшихся в живых местных жителей обложили непомерными поборами, презрительно называли людей «райя», то есть «скот». Расселили вокруг кочевые ногайские племена, находящиеся в вассальной зависимости от султанской Турции, которые должны были держать непокорных в страхе.
Ногайцы совершали отсюда разбойничьи налеты на соседние украинские и молдавские земли, грабили их, угоняли людей в рабство.
Три столетия томился Белгород под игом, и на протяжении всего этого времени не прекращалась борьба за его освобождение.
В радостный, надолго запомнившийся праздник превращались те короткие дни, когда врагов из города вышибали запорожские казаки. Сечевики совершали походы в низовья Дуная и Днестра не раз. Впервые их войско появилось под Белгородом в 1541 году. Через несколько лет запорожцы окружили направлявшегося в город с отрядом царевича Эмин-Гирея и, как сказано в одной из украинских хроник тех времен, «iнших побили, а нших пiймали, а сам (Эмин-Гирей —
В истории Запорожской Сечи есть упоминание о походах украинского войска на Белгород также в 1594 году, когда тысяча триста казаков во главе с Лободой на сорока пяти «чайках» внезапно появились у города со стороны лимана, пошли на приступ крепости и к вечеру овладели ею. Есть сведения, что и в следующем, 1595, году казакам удалось взять крепость.
Неоднократно наносили запорожцы удары по захватчикам и в семнадцатом веке. Уже в 1609 году Белгород снова побывал в руках сечевиков. А через двенадцать лет казаки напали на идущие в город вражеские суда, которые везли осадные пушки, порох, ядра и другое снаряжение, и захватили их. Но каждый раз закрепить надолго свой успех запорожцам не удавалось. Слишком неравны были силы. И все же даже самая маленькая победа над захватчиками вселяла в сердца местного населения веру в грядущее освобождение.
Начало восемнадцатого века ознаменовалось для России успешным решением балтийской проблемы. Северное «окно в Европу» было прорублено. Теперь насущной задачей внешней политики стало разрешение черноморской проблемы. Экономические интересы настоятельно требовали иметь такое же «окно» на юге. С этой целью надо было вернуть исконные славянские земли в Причерноморье и выйти к устьям Дона и Днестра.
Активизации внешней политики России в черноморском вопросе способствовало также то обстоятельство, что ее южной границе все время угрожала Оттоманская империя и ее данники — крымские татары, которые часто нападали на воссоединившуюся с Россией Украину. Овладеть Северным Причерноморьем, следовательно, необходимо было еще и для того, чтобы навсегда покончить с тревожным положением на юге и оградить население Украины от угрозы татарских набегов.
Конфликт с султанской Турцией назревал. Накануне войны противник был уже далеко не тем, каким он являлся в середине семнадцатого века.
Энгельс писал, что наступательная сила турок была сломлена уже сто лет тому назад, а оборонительная пока еще значительная, тоже стала убывать. Лучшим признаком этой возрастающей слабости были волнения и бунты, начинавшиеся среди покоренных народов.
Объявляя в октябре 1768 года войну России, турецкие правители надеялись на ее быстрое окончание. Однако следовала кампания за кампанией, а победа не приходила. Больше того, в ожесточенных боях чаша весов все более склонялась на сторону русских. Аккерман в это время то становился свободным, то, по условиям очередного договора, опять попадал в руки оттаманцев.
Так, в ходе кампании 1789 года Александр Васильевич Суворов наголову разбил неприятеля под Рымником. У Белгорода появились казаки Матвея Платова, затем сюда подошли основные силы, которые возглавлял Г. А. Потемкин. И противник 28 сентября снова вынужден был выбросить белый флаг. Однако после подписания Ясского договора в 1791 году Белгород остался в руках султана. Его дипломаты дрались за него не менее ожесточенно, нежели солдаты: очень важное стратегическое положение занимал этот небольшой городок, раскинувшийся на берегу лимана вблизи Черного моря.
