Пока они удерживали нападающих, трем юнцам удалось проскочить в здание. Виллен ударил головой в морщинистое лицо, сломав нос мужику, который отлетел назад и покатился по ступенькам. Выругавшись, он помчался внутрь лечебницы. Внутри послышались крики женщин и детей. Завернув в другое помещение, Виллен увидел, как один из парней, стоя рядом со столом, хватает в руки посеребрённую посуду, флаконы, — в общем, то, что имело красивый вид. Его тощие руки пытались забрать все вещи, до которых они дотрагивались, а потому не удерживали и роняли чужое добро. Стеклянные мензурки разбивались, и знакомый запах тут же охватил помещение. «Лаванда… — в голове Виллена пронеслись бередящие образы. — Нет, сейчас не время. Нужно помочь другим. Ты успеешь». Остальные юнцы, подобно полосатым гиенам с южных земель, набросились на одну из служительниц Белинды. Один пытался сорвать украшения на шее, второй, грубо тянув девушку за волосы, мял ее грудь. Лили — девочка семи лет, о которой заботилась Деланей, — плакала. У дверей, схватившись за голову, лежал юноша, ранее бегавший за помощью к городской страже. Его огрели по макушке чем-то тяжелым. Больные, державшиеся у стен, глядели с боязнью.
Виллен рубанул осторожно — клинок отсек несколько пальцев молодому, и сдернутые алые бусы звучно упали о каменный пол. К удивлению, причиненное увечье не повалило нападавшего. У него нашлись силы, чтобы с воплем побежать к выходу. Его приятель устремился за ним. Подоспевшая Деланей сразу же набросилась на парня, забиравшего добро со стола. С виду хрупкая, она, полная гнева, наносила тяжелые удары палкой, заставив и третьего покинуть здание.
Убедившись, что внутри чужих нет, Виллен вышел к площадке, и солнце ослепило его. Вокруг Каина лежало много покалеченных. Иордан стоял рядом: сгорбленный, державшийся за бедро. Ликование перемешивалось со стонами побитых, и радостные возгласы исходили от староверов. Илир Севада взобрался на выступ и поднял вверх хрустальную диадему, принадлежавшую толстому священнику. Самого же главного демагога, пытавшегося укрыться в ближайшей развалившейся лачуге, знатно отмутузили. Он вопил, напоминая животное, оказавшееся на убое. Многочисленный молодняк, который он собрал вокруг себя, не смог ничего сделать с мужиками в серых рясах. Последние дрались хорошо, будто бы такое у них происходит каждую неделю.
Всех побитых вынесли, и через час о побоище уже ничего не напоминало: место драки вновь охватили идущие по своим делам горожане. Торговцы уже разложили товары на прилавках, а беднота вернулась упрашивать милостыню.
Виллен помогал слугам Белинды убирать беспорядок, пока Деланей осматривала жреца. Выглядел Иордан неважно, хуже, чем вчера, но ходить мог. Она повторно обработала хадрийцу рану и повелела остаться. Виллена она тоже осмотрела, нанеся целебную мазь на скулу. У парня, которому досталось по голове, был ушиб, сейчас за ним приглядывали. Каина он отыскал в саду, сидящего и разглядывающего желтую люцерну. Громоздкие плакучие ивы окружали адена, поглаживая его свисающими ветвями. Пока они находились в городе, он постоянно возвращался к цветам, смотрел на них, но не срывал. «Синева с солнцем встретят сына слепым дождем, и цветы возрастут в мертвых землях», — произнес аден недавно. Эти слова согревали Каина также, как и Виллена мысль о воссоединении с семьей. Аед Града забрал Аннет и Луизу, и лишь Белое Пламя может помочь. Лишь оно дает надежду. Надо встретить Дэйна из Мереле… «А почему он вдруг поможет, когда другие были бессильны? — Виллен на мгновение засомневался, но вскоре воодушевился, вспомнив, как знаки указывали на капеллана. Провалы в памяти временами сбивали его с пути. — Голос сердца… Я начал слушать его поздно. У меня ведь не осталось других вариантов. А что если опять не получится? Как тогда быть?»
— Ты решил помочь им, отдалив встречу с врагом. — Каин поднялся, и теперь деревья не казались такими большими. — Быть может, тебе и не нужно с ним видеться?
— Не мог просто уйти, когда близким грозит опасность.
— Близким? — переспросил аден. — Деланей ближе, чем жена и дочь? Ради последних ты и затеял все. Я помогаю тебе в твоей истории справиться с противником, чтобы ты в конечном счете воссоединился с семьей. Почему мы тратим время, когда уже все решено и понятно?
— Я не могу иначе, — сказал Виллен и помолчал. — Идём. Хадриец скоро переместит нас.
