Много народу могло стоять за этим. Илин — неприметная и молчаливая слуга — дочь псаря и кухарки. Родители матери были верадами. И это станет большой неприятностью для города. Последствия проявят себя приблизительно через неделю, когда все герцогство будет знать о родичах убийцы. Столкновения национальностей никому не нужны. Но это ведь случится, а Лейдал к этому времени будет казнен. Уже не будет нужды в заботе о городе. Ему не простят смерть герцога, как он не простил сиру Карверу исчезновение Бетани. Лейдал посмотрел на свои пальцы и потер перстни. Он хотел бы верить, что это продолжение ужасного сна.
— Дитя Часа Скорби принесла хлад и тьму в нашу обитель, — Старовер в сивом плаще с капюшоном, держа в руках икону Предка, говорил тихим голосом. — Лиры не заплатили цену.
— Так это была она? — спросил хранитель очага, выпрямившись. — Дева с болот?
— За кровь надобно платить кровью, а не водой.
«Кровь предназначалась мне», — снова услышал Лейдал голос Вилдэра.
— Теперь уже поздно. Неведомо, переживем ли мы грядущее злосчастье. Так и приходит Конец Времен. Без стука и звука. Так и приближается тишина. — Присутствующие уставились на него потрясенно. Старовер откинул капюшон назад, освободив золотые локоны. Лейдал помнил этот тихий голос, прозвучавший на празднике Жизни. Илир Севада посылал всего нескольких староверов нести службу в замке, но это лицо незнакомое. — Будем надеяться, Миратайн не забудет нас, когда мы позабыли его.
— Это проклятие… — Сестра Вэя прикоснулась пальцами к щеке. — Как звали ту женщину? Аделаида? Адриан рассказал, что ее ладони были в стигматах, и из них сочилась кровь. Говорил, у нее дурной глаз.
— Кого мы только не пустили на пир, — проговорил Изидор.
— Где она сейчас? — Глаза Вэи устремились на Лейдала. — Сударь, вы хорошо знакомы с графом Брианом Апло, вы знаете, где эта женщина?
«Что вы все несете… Вилдэра убила эта четырнадцатилетняя сволочь. Разуйте глаза! Подумайте, кому его смерть нужнее всего, ибо я теряюсь в догадках!»
— Не знаю, — только и проговорил Лейдал, но, видимо, сделал это таким безразличным голосом, что заставил служительницу Создателя отойти назад. Словно пощечину ей дал.
— Она ушла. Побежала за чужеродным пламенем, когда погасила наше. — Золотоволосый старовер приблизился к последовательнице Десяти Пророков. — Придут другие, — сказал он, обняв Вэю. — Да взмолимся же мы вместе, чтобы не пропасть во тьме.
«Мне бы кто помог не пропасть под королевским гневом», — подумал Лейдал. Можно только догадываться, какую участь для него придумал Алион Лир со своей свитой. Король всегда недолюбливал Лейдала, так как считал, что его брат дал сенешалю слишком много власти, герцог же был щитом от громадных когтей. Теперь нет никакой защиты. Если Вилдэр напоминал прирученного воробья, то Алион — ворону, выклевывающую глаза недругам. Король Лиров имел свирепый нрав, который не каждый может выдержать. Выдержит ли его Лейдал? За слуг отвечает сенешаль. Слуга убила брата короля.
Нужно отправить семью подальше, прямо сейчас. Какая судьба будет ждать Бэль, Лайлу и Стефана, когда их отца казнят? Выклюнет ли ворона и им глаза? Конечно, выклюнет и не только глаза.
— Остается вопрос, что убило слугу, — сказал лекарь. — Ран на девушке нет. Она могла выпить еще один яд, но я не вижу тут никаких флаконов. Хотя могла и заранее выпить. Надо провести вскрытие. Возможно, мы поймем причину ее смерти.
Тело герцога переместили на кровать и укрыли синим шелком.
— Пойдем, Ойген, — обратился Лейдал к рыцарю, пока остальные не обращали на них внимания. — Нужно кое-что сделать.
К полудню его семья уже покинула город. Два надежных рыцаря доставят их на место. Лейдал дал им щедрый аванс, который заставит их выполнить поручение. Он видел, как семья пересекает ворота. Какой затерянный и несчастный у них вид. «Это все, что я могу сделать. Мы встретимся, но позже, не сейчас. Пока я быть с ними не могу».
На улицах уже все знали о трагедии: торговцы шептались, цеха приостановили работу, детвора куда-то пропала. Точно вражеское войско движется к стенам Лирвалла. Слышались речи демагогов, говоривших о смерти Вилдэра.
— Что будешь делать? — спросил режущим голосом Ойген.
«Сбегу, скоро. Король будет тут через два дня. Смогу уйти достаточно далеко».
— Нужно подготовиться к приезду его величества. — Они отошли от проезжающей мимо повозки. — Хоронить будем в крипте, рядом с дочерью. — Хоть Бетани и не нашли, мастера вытесывали изваяние девочки для будущей гробницы под замком.
— Думаешь, подслушивают?
— Уши есть везде.
Рыцарь заулыбался, показав желтые зубы.
— Что бы ни предпринял, ты мне еще должен. Сколько раз я тебя выручал? — Ойген опасается, что при новых управленцах в замке, когда уберут сенешаля, он окажется неугодным. Эта детина — цепной пес, любящий своего хозяина. А хозяин временами позволяет себе слишком много. Но Ойген и без Лейдала успел нажить себе врагов в городе.
— А я сколько тебя? Молчи, и иди за мной.
