Ника разложила полотно с генеалогическим древом на полу и уселась в центре. Сотни красных линий, переплетающихся между собой, и каждую венчает каллиграфическая надпись – имя члена династии Стамерфильд. В развернутом виде полотно занимало треть кабинета, но по факту информации содержало минимум: только имена, годы жизни и правления.
Ника и сама не знала, что хотела понять. За несколько месяцев в terra она отчаялась найти сведения о двойственных душах и решила, что для начала неплохо бы изучить историю земли.
Итак, основатель династии – Стамерфильд. Странно, но на древе был указан только год его смерти – 1063. Ни даты рождения, ни жены, ни полного имени. Из прочитанных историй Ника знала, что Стамерфильд выиграл войну и в возрасте тридцати пяти лет с помощью ведьм воздвиг границы отвоеванных земель, а спустя пятнадцать лет умер от заражения крови. Далее династию продолжил его единственный сын Харт. Откуда взялся Стамерфильд, кто его родители – неизвестно. В некоторых источниках отмечалось, что первый правитель terra ignis пришел из северных земель; и Ника предположила, что речь могла идти о Скандинавии.
В одной из книг встретился изображающий его набросок: статный мужчина в рубахе, с развевающимися темными волосами; одна рука сжимала рукоять меча, упертого острием в землю, другая – лежала на голове черной собаки. Эту же собаку Ника увидела еще на нескольких иллюстрациях, и везде – рядом с основателем династии.
Казалось, часть истории – о войне, появлении земель, жизни после разделения народов – канула в Лету: так мало было упоминаний в книгах, лишь обрывки и предположения. Как будто жители terra ignis не просто забыли, а никогда и не знали свою историю.
Ника перемещалась в низ полотна, бегло читая имена. В каждом поколении рождались мальчики – единственные дети либо старшие братья, – и им по наследству передавалась корона. В самом низу древа Ника увидела имя своего отца – Николаса Стамерфильда. От его имени вниз вела красная линия: «Николина Стамерфильд, 1999–2000».
– Не обновлялось с тех самых лет, – раздался голос.
Вздрогнув, Ника обернулась: в дверях стоял отец. Невысокий, коренастый, каштановые волосы с едва заметной сединой, тяжелый взгляд, простые джинсы и джемпер.
– Ты говорил, что я могу сюда приходить. – Ника поднялась с колен, одергивая толстовку.
– Конечно, сколько угодно, – Николас скованно улыбнулся и закрыл за собой дверь. – Древо обновляется автоматически, его создавали ведьмы.
– Почему тогда надпись про меня не изменилась?
– Оно отслеживает важные события из жизни наследников: рождение, смерть, обет на престол. – Николас скинул туфли и ступил на полотно. – Если бы не случилось той трагедии, здесь бы не стояла дата смерти. Оно считает, что ты… Что принцесса мертва.
– Что такое обет на престол? Коронация?
– Не совсем. – Николас подошел ближе, и Ника уловила аромат табака. Она глубоко вдохнула, убеждая себя, что просто хочет заглушить собственное желание покурить, а не запомнить этот запах. – Когда наследник достигает отрочества, он может пройти обряд посвящения и получить титул принца или принцессы. Таким образом, он дает обещание народу, что, вне зависимости от того, как сложится в дальнейшем его судьба, будет выполнять свои обязательства перед terra, а земля, в свою очередь, дает ему защиту.
– Как защиту замка? Со всеми этими невидимыми символами?
– Да, ведьмовские печати. Отводят напасти. Конечно, если кто-то будет стрелять в упор, от смерти не спасут, но многое способны предотвратить. Увести от беды. Как оберег от смерти и несчастий.
Ника поджала губы. Жаль, что ей никто не предложил эту защиту в прошлом.
– Ты сказал, что наследник может принять титул. Может, но не обязан?
– Верно, – Николас вновь улыбнулся. – Любой член династии может отказаться от обязательств.
Ника удивленно вскинула брови.
– Сложный выбор, когда тебе тринадцать, – саркастично отметила она.
– Согласен. Но когда ты рождаешься наследником и с детства готовишься к престолу, у тебя, по сути, и мыслей нет о другом. Выбор очевиден.
