Белое солнце дознавателей полностью

– Был, – отрезал Глава и они оба посмотрели на стол, где под защитным мини-куполом, поддерживающим определенный режим, лежали остатки неработающей черной коробочки, оплавленной по краям.

Даже за это сейчас можно получить вызов в Управление, а за целую… целый работающий артефакт подчинения… если предположить, что он – есть – приговор. Который обжалованию не подлежит.

Луций артефактором не был, но основы давали всем, он смутно понимал, зачем это Кастусу?

Разобраться? Понять принцип? Чтобы… повторить? Он считал эту игру с божественным огнем слишком сложной. Столичные проверяют всех – на предмет татуировок. Легионеры, целители, чиновники – все были проверены первыми, и в принудительном порядке имели знак – чист.

Искали артефакт менталисты, искали и они. Допрос Аурелии ничего не дал – иначе поиски прекратились бы. Значит – один артефакт не найден. Или артефакта просто не существует.

– …или она не знала, что прячет, – произнес сир размеренно. – Аурелия никогда не была особенно умна – Ричард сделал плохой выбор. Если бы знала – менталисты вытащили бы это. Она не знала. Или… сработали ментальные закладки.

Луций кивнул – Управление не утруждало себя, прислав стандартный протокол о смерти, в результате стороннего воздействия в процессе получения информации. Как было на самом деле не узнает никто и никогда.

– Оставила Фло или Айше? Даже она не настолько глупа, – сир Блау продолжал отстукивать костяшками такты, размышляя вслух.

– И все вещи были досмотрены и проверены, есть список, – ввернул Луций. Каждая вещь, которую юная сира Айше забрала с собой в пансион, была учтена, так же как приданое леди Флоранс. У него до сих пор учащалось дыхание от художественного описания некоторых кружевных предметов женского гардероба – в писаре, составлявшем список, явно погибал романист. И обе кузины отвечали на вопросы Главы – точнее прошли допрос. Соврать под прямым приказом нельзя – не видели и не знают. Или твердо уверены в этом.

– Ищите, Луций. Ищите.

Вестники с разницей в мгновение, вспыхнули прямо перед сиром Блау. Поймав и распечатав первый, Глава нахмурился, и Луций неосознанно напрягся, не решаясь спрашивать.

Второй он перечитал дважды и развеял в воздухе, раздраженно щелкнув кольцами.

– Сир Ашту любезно отклонил предложение клана Блау и выразил недоверие в наших возможностях решить его деликатную проблему.

Луций поерзал в кресле. Новость была радостной и печальной одновременно. Радостной, потому что он не понимал, зачем вкладываются такие ресурсы и зачем им отставной менталист в поместье. Менталист с проклятьем – проблемный менталист. И печальной, потому что сир Блау очень не любил, когда его тщательно выстроенные планы рушатся.

Очень. Не любил.

Луций вздохнул, делая себе пометку шепнуть слугам держаться сегодня вечером от Главы подальше, и не попадаться на глаза без особой необходимости.

Южный предел, пустыня

В седле укачивало. Исси ехал рядом и молчал. Ворота – выход из города – мы уже давно миновали. Лошади были нормального черного цвета. Нормального. Какими и должны быть, чтобы их было не видно по ночам. Не то что Фифа…

Тоскливый вздох вышел слишком громким.

– Уже скоро. Десять мгновений, – отреагировал Иссихар. – Теперь понятно, почему вас оставили в клане. Ваш родовой дар, – пояснил он совершенно без всякого перехода. – Как же вас не любят предки.

Я нахохлилась.

– Очень не любят. Вас использовали, – терпеливо пояснил он, как маленькому ребенку. – Что должна делать сира в вашем возрасте? Блистать на приемах и выбирать ханьфу…

– Учиться! – рявкнула я тихо.

– …или учиться управлять даром. Вас превратили в оружие, сира.

– Оружие – это прекрасно, – парировала я.

– Пока вы только заготовка. Сырая. Набор ингредиентов, если хотите, – Иссихар поднял голову к небу и откинул часть шарфа с лица – теплый ветер взъерошил пряди волос на висках. – Чтобы разнородный состав стал зельем, эликсир должен сплавиться в печи. Пройти горнило огня и силы.

Я отвернулась, отказываясь отвечать на провокации. Всю дорогу Дан задавал каверзные вопросы и заставлял думать о странных вещах. Чего только стоил вопрос о Тире?! “Не попадает ли этот случай, под обратную направленную эмпатию?”