— Наоборот, чтобы поддержать ваши усилия. Никогда в жизни ещё так никто обо мне не заботился… Правда, я практически и не болел, разве что в детстве. Но как чертовски приятно женское внимание, особенно когда тебя кормят с ложечки, как маленького! — взгляд Леонида был направлен на меня…
От этих слов сердце бешено забилось, перехватило дыхание, а босс продолжил, переведя взгляд на Леську:
— …Девочки, я хочу, чтобы вы чувствовали себя здесь как дома. У нас есть ещё две свободные комнаты, за гостиной небольшой коридор налево и наверх семь ступенек. В старом фонде даже можно заблудиться… а Кир, я смотрю, уже облюбовал мой кабинет.
— Да мы уже сориентировались вроде. Я даже чёрный ход из кухни обнаружила, правда, две потайные комнаты — это неожиданно, — затараторила подруга.
Я подтвердила:
— Лёнь, правда, уж за три ночи вроде как освоились. Леся спала в гостиной, а один раз прямо в кухне на диванчике. А я — в твоей спальне, когда менялись дежурством с Киром. В основном дремала в кресле…
Опёршись рукой на спинку кресла, босс удовлетворённо кивнул:
— Ну вот и молодцы, не стесняйтесь, если что нужно — спрашивайте.
Я с тревогой смотрела в его бледное лицо. Было видно, Леонид едва держится на ногах. Нет уж, хватит геройствовать!
— Лёнь, мы рады, что тебе стало намного лучше, но до полного выздоровления ещё далеко. Понимаю — надоело валяться в постели, но ты сегодня целый день бродишь, и кашель ещё сильный. Давай-ка сейчас перекусим, выпьешь лекарство и приляжешь, пока мы готовимся к праздничному ужину…
В ответ на моё предложение Леонид лишь улыбнулся:
— Тогда предлагаю пообедать в кухне, а вечером для праздничного ужина накроем стол в гостиной. Кто «за»?
— Все! — поднял большой палец Кир.
Первым делом мы с Леськой решили отнести подарки в нашу общую комнату — на «второй этаж». Едва выгрузили всё на кровать, зазвонил мой телефон.
— Опять Томаш? — Леська вскинула бровь.
В ответ я покачала головой:
— Ванька. Мы совсем забыли его предупредить насчёт клуба. — И нажала «ответить на звонок».
— Привет! Ну что, идём в байкерский клуб? — раздался звонкий юношеский голос.
— Не получится, Ванечка. У нас Лёня после рыбалки заболел… Теперь лечим его все вместе.
— Что-нибудь серьёзное?
— Ну да, подозревают воспаление лёгких.
— Может, помощь какая-то нужна? — поинтересовался собеседник. — Я сегодня и завтра свободен.
— Пока не нужна, если что, сами позвоним.
— Тогда я к предкам поеду.
— Привет им. И до встречи, — я отключилась.
Когда все собрались за кухонным столом, Леська принялась хозяйничать:
— Кто хочет борщ со сметаной, кто куриный бульон? Голубцы, блинчики с мясом прилагаются. Несколько салатов на выбор: с рукколой, с брынзой, с авокадо — кто что любит.
— Ого, когда ты только успела? — присвистнул Кир. — Опять столько всего наготовила.
— Ой, да ладно, — смутилась Леська. — Всё самое обычное, без изысков…
Вечно она стесняется!
— Это ещё не всё! — я решила выдать все её секреты: — Нас ждёт яблочный пирог с корицей — к чаю.
Молчавший до сих пор Леонид взял слово:
— Олеся, ты превзошла меня! Я специалист в основном по мясу, но хороший борщ сварить точно не смог бы.
— Твой муж идиот, такую жену всю жизнь на руках носить надо! — вставил Кир.
Я же не преминула его ущипнуть, тихо прошептав:
— Вот ты теперь и носи!
— Ой, лучше не перехваливайте меня, а то загоржусь и завтра что-нибудь пересолю или сожгу. У меня такое бывает, — решила отшутиться Леська. — И потом, мне одной всё это было бы не осилить, Кир активно помогал.
Мы принялись уплетать вкуснятину за обе щёки.
Через какое-то время я заметила, что у Леонида глаза уже слипаются, того и гляди заснёт прямо за столом.
— Лёнь, давай пей лекарство и спать! Вечером мы тебя разбудим встречать Рождество, — решила взять ситуацию в свои руки.
— Чего это ты раскомандовалась? — мужчина вскинул тёмную бровь, но глаза его улыбались. Причём так хитро, будто он что-то задумал.
— Дай хоть немного побыть большим начальником! — возмутилась я. — Вот вечно ты попираешь мои свободы и рушишь мечты! Я, может, с детства хотела командовать, вырасти военачальником или великим фараоном! Рамзесом! Повелевать рабами, строить пирамиды, командовать армиями. А ещё я бы завела гарем, покорила Нубию, построила парочку великих храмов. А потом мои органы разложили бы по алебастровым сосудам, меня замуровали в пирамиде… и сотни фигурок ушебти по мановению моей руки…
Закончила я свою пламенную речь в звенящей тишине. Все в комнате, включая керамического кота на каминной полке, смотрели на меня большими круглыми — но почему-то встревоженными — глазами.
— С тобой всё хорошо? — тихо и очень заботливо проговорила Леся. Почему-то в тембре её голоса мне послышался вой сирены психбригады, и я поняла, что переборщила. — Просто мне ты всегда говорила, что мечтала стать космонавтом…
Тут Леонид то ли кашлянул, то ли сцедил в кулак смешок и поднялся.
