— Спасибо, всё было невероятно вкусно. Я к себе, — он устало поплелся к выходу из комнаты. Остановился на полпути и посмотрел на меня. — Пойдём, док. Подскажешь, что и как по лекарствам. Только не мумифицируй меня, пожалуйста, я ещё пожить хочу. Пусть даже и без ушебти.
Мы дошли до спальни Леонида в полном молчании, он открыл дверь в залитую приглушённым тёплым светом комнату и пропустил меня вперёд.
— Давай сначала измерим температуру, а потом выпьешь лекарство, — охваченная непонятным предчувствием, я обернулась и застыла, поскольку оказалась стоящей вплотную к боссу.
— Ты самое лучшее лекарство, — хрипло произнёс мужчина, поднимая пальцами мой подбородок.
— Правда? — пробормотала я нерешительно.
Если сейчас опять чмокнет в лоб — расплачусь…
— Правда, — решительно сказал Леонид и накрыл мои губы своими.
Поцелуй был таким властным и напористым, что притаившаяся внутри меня страсть тут же вырвалась наружу. Руками я обхватила мужчину за шею и отдалась ощущениям.
Страстный поцелуй длился целую вечность…
Леонид то касался бархатным языком внутренней стороны моей щеки, то скользил по языку, сливаясь с ним в первобытном танце. А когда его губы спустились к шее, пробуя на вкус пульсирующую жилку, я вцепилась в широкие мужские плечи.
По венам пронёсся обжигающий жар — вот оно, моё счастье! Как же долго я тебя ждала! Даже лучше пирамиды, даже лучше четырех алебастровых сосудов с внутренними органами! Это то самое, неземное, чего я ещё не познала ни с одним мужчиной… Потому что никогда не любила по-настоящему.
Внезапно босс поднял голову, и, встретившись с его тёмными, полными страсти глазами, я поняла, насколько обоюдно это желание.
— Не уходи, — хрипло попросил он.
— А я и не собираюсь, — прошептала, вся дрожа от переполнявших меня чувств.
В какой-то момент, когда мы снова прильнули друг к другу, издалека в наш мир ворвался телефонный звонок, который с каждой секундой, казалось, становился громче.
— Какого чёрта?! — выругался босс, с трудом оторвавшись от моих губ.
— Пусть звонят, — я попыталась вновь завладеть его вниманием. — Сейчас есть только ты и я…
Но проклятый рингтон и не думал останавливаться. Кто-то настойчиво желал услышать Леонида.
— Нужно ответить, — он мягко отстранился, заставив меня вздрогнуть.
А я решила взять паузу, пока мысли не станут цензурными и этичными.
— Николай, как же ты не вовремя! — процедил босс и выразительно посмотрел на меня.
Ну хоть не Анна, и на том спасибо. Я опустила голову, пытаясь скрыть внутреннее ликование. Положила градусник с лекарством на стол и с гулко бьющимся сердцем на негнущихся ногах вышла из комнаты.
Треклятый телефон, ещё бы немного и… мы бы занялись любовью прямо в этой спальне!
«Наверное, на той самой кровати, где они были вместе с Анной», — неожиданно включился внутренний голос, возвращая меня к реальности.
Ревную, чёрт побери.
Чтобы успокоиться, я заглянула в ванную и умылась холодной водой. Вышла с явным намерением сделать вид, что ничего не произошло, и направилась в кухню.
Леськи там не было, Кир доедал остатки салата.
— Уложила?
— Не-а, не успела, позвонил Николай, — ответила я раздражённо. — И чего он вас постоянно контролирует? Что это за дружба такая странная, он же намного старше твоего брата.
— Он Лёньке жизнью обязан, это давняя история.
Я заинтересованно взглянула на парня:
— Жизнью? Расскажи.
Кир налил себе минералки в высокий стакан, откинулся на спинку стула и закинул ногу на ногу:
— Короче, Николай с военными приехал на учения в полк, где служил Лёнька. Во время стрельб какой-то придурок неудачно бросил гранату — так что она улетела не туда. А там как раз стоял Николай. Ну и наш герой мгновенно среагировал, столкнул ФСБ-шника в окоп, а сам сверху на него упал, закрыл собой.
Я вытаращила глаза:
— Боже! Она была настоящая?
— Учебная, но и её хватило на таком расстоянии. Николаю ничего, а в Лёню два осколка попало: в плечо и в спину. Короче, если бы не реакция брата, оба могли бы погибнуть…
Шутки-шутками, а босс-то, оказывается, героическая личность!
— …С тех пор и завязалась дружба. Когда брат вернулся из армии, дед с бабкой плохо себя чувствовали. Николай отправил их на лето в хороший санаторий подлечиться, а нас забрал в Питер. Приехали — денег нет, жить негде. Николай всё время помогал, пока мы учились, я школу закончил, Лёнька — институт. А потом он реально вложился в раскрутку «АрсСтроя». Мы, конечно, со временем ему вернули всё, когда бизнес пошёл в гору. Короче, многое нас связывает с Соломиными, они нам как родные.
Я понимающе кивнула:
— Такой дружбе можно только позавидовать. Хорошо, что у меня есть Леська. Единственная, кто по-настоящему понимает и всегда поддерживает…
— Тук-тук, у вас разговорчики по душам? — подруга просунула голову в дверь на кухню. От лукавого выражения её чёрных глаз мне вдруг стало необычайно весело.
Я вскочила и, схватив Леську за руку, пустилась с ней в пляс, а Кир смотрел на этот безумный танец и хохотал.
