Козырев взял со стола свою папку и вышел из кабинета, за ним последовал капитан, немного вздыхая и что-то проговаривая про себя.
Уже находясь в комнате допроса, Козырев, глядя на задержанного, вспомнил один случай.
На заре своей карьеры он вел допрос подозреваемого в убийстве. Это было не просто убийство: парень защитил девушку, которую изнасиловали на его глазах. Он только вернулся из армии и сделал предложение девушке, которая ждала его два года. Гуляя по набережной, влюбленные свернули на малолюдную улицу и наткнулись на компанию подвыпивших: ладно бы просто пьяные – каждый имел проблемы с законом, один и вовсе два срока отмотал. Разумеется, их внимание привлекла красивая блондинка с осиной талией и в коротком платье. Пройти незамеченными не получилось. Жених пытался мирно разобраться, но хулиганов это не устраивало. На просьбу девушки оставить их в покое они отреагировали предложением компромисса – пусть девушка разрешит себя поцеловать. Жених ничем не мог помешать – его держали двое, пока третий совершал половой акт с его невестой. Надругались над девушкой все трое по очереди. Когда обессиленная и окровавленная она лежала на земле, практически не подавая признаков жизни, оскорбленный жених, избитый, с переломанными ребрами, сумел подняться на ноги и, догнав одного из обидчиков, забил его насмерть металлическим прутом, подобранным с земли.
Суд приговорил парня к десяти годам тюрьмы. За надругательство над девушкой один из обидчиков получил три года, второй – год исправительных работ, поскольку результаты экспертизы не показали его причастность к насильственным действиям в отношении потерпевшей. Спустя год девушка смогла оправиться от всего ужаса и наладить личную жизнь, переехав в другой город.
Тогда Козырев действительно сочувствовал молодому парню, но ничего поделать не мог, понимал, что наказание будет неизбежным. Правосудие гласит, что каждый должен нести наказание, даже при самообороне и защите чести других, чтобы другим неповадно было размахивать кулаками и оружием, всегда надо быть готовым к тому, что светит срок.
Выйдя из воспоминаний, Козырев еще раз взглянул на сидящего напротив него и понял, что этого совсем не жалко – пожалеть можно лишь о том, что он в двадцать один год так безалаберно взял и испортил себе жизнь.
– Мне сказали, ты хотел что-то сообщить про убийство Ани Кравцовой. Ты был с ней знаком?
– Я скажу, кто ее убил, если меня отпустят.
– Ты же знаешь, это невозможно. Ты убил людей, тем более сам организатор. Все, на что ты можешь рассчитывать, так это на замену пожизненного конкретным сроком.
– Я это уже слышал. И меня такой расклад не устраивает.
– Ну а нас не устраивают твои условия.
– Я знаю, кто ее убил, а вы – нет!
– Уже весь город знает! Доказательств у тебя все равно нет.
– Я видел ее с Умаровым и могу это доказать.
– Это не требуется.
– Я все равно сидеть не буду!
Но Козырев молча встал и вышел – все, что ему требовалось, он услышал.
Прошло пару дней, а Козырев не знал, что делать. Ведь привлечь сына Умарова не получится. Тем более предъявить обвинения. Перебрав все варианты, следователь принял решение поговорить с прокурором.
До самых дверей руководства Козырева накрывали сомнения, но другого выхода не было. Постучав, он вошел в просторное, довольно прохладное помещение, с разрешения сел за стол и сразу приступил к делу.
– С Умаровым надо выйти на разговор.
– Все-таки подтвердилось?
– Не совсем, но есть свидетель, хотя сложно назвать его свидетелем. Подозреваемый в убийстве по делу Чернышовых сообщил, что видел убитую с Умаровым.
– Ну мы точно не можем брать во внимание слова преступника, который хочет скостить себе срок. Что за манипуляции, Володя?
– Срок он получит по всем статьям, это уже суд молотком отстучит, и пойдет по этапу. А вот как нам быть? Есть предварительная информация – возможно, если надавить на подруг, они подтвердят связь убитой с Умаровым.
– Почему до сих пор скрывали?
– Причины неизвестны. Возможно, боятся. Все-таки девочка совсем молодая, Ане всего шестнадцать было, а он старше, да к тому же чеченец.
– Да еще и женат.
– Женат? Не знал, думал, старшие только семейные.
– Да там такая история. Женили, а она бесплодная оказалась. Для такой семьи это, конечно, пятно, поэтому не афишируют особо. Понимаешь, Володя, там свои обычаи, традиции, устои, нам всего этого не понять. Женят без ЗАГСа, разводят по-своему, куда этих ненужных жен отправляют – не знаю. Но разговор был, что вроде как новую или вторую жену ищут.
– Одного понять не могу, зачем молодая, талантливая, умная школьница связалась со взрослым мужчиной, что он ей наобещал?
– Да кто их знает. Может, и обещал чего, точнее наплел, а она по неопытности и поверила.
– И как быть?
– Я тебе уже обещал – со старым Умаровым сам поговорю. Тем более он диаспору возглавляет, значит, будет заинтересован разобраться в этой ситуации, по крайней мере даст разъяснения.