— Звучит интригующе. Расскажите ка поподробнее.
— Есть мысль отпустить Пешке…
— Но ведь тем самым он окажется скомпрометированным сотрудничеством с нами.
— Для всех это будет побегом почетного военнопленного из-под домашнего ареста.
— Так-так, дальше.
— Представьте, группенфюрер. Пешке захватывает самолет, и улетает… Ну скажем, в Данию. Там на него совершается несколько покушений. Парень чудом избегает смерти, и сбегает из Дании в знакомую ему с детства Швецию…
— Вы думаете, что Интелледженс Сервис вот так просто купится на эту историю в духе рассказов Буссенара?
— Это лишь канва его легенды, группенфюрер. Но чтобы добиться доверия Пешке, нам нужно решить два важных вопроса. Первый, это Рюдель. Второй, ракеты. Было бы жаль не использовать возможные комбинации с участием этого талантливого мальчишки…
— Хорошо, Вальтер. В целом, вы меня убедили. Готовьте операцию, но не забывайте, Голландия у вас должна быть на первом месте!
— Я помню, группенфюрер. И я уверен в успехе!
— Ну-ну… Наливайте кофе, мой друг, не стесняйтесь.
— Благодарю вас, группенфюрер.
От Гейдриха, Шелленберг поехал в министерство авиации к Мильху, вопрос с Рюделем, нужно было закрывать… А не подозревавший еще о скором изменении своей судьбы советский разведчик, в награду за новую победу, получил краткий отдых, перед обучением своей "группы реактивных гладиаторов". За эти два дня случилось несколько приятных встреч, и даже удалось немного отдохнуть. А дальше, события в "Аугсбургском заповеднике" понеслись с калейдоскопической быстротой…
На северо-востоке полуострова в небольшом городе Арта, состоялось выездное заседание штаба Добровольческой армии.
— Господа, сегодня с Закинфа в штаб вернулся майор Коккинаки. Разведка доставила тревожные сведения, с которыми всем нам нужно немедленно ознакомиться. Прошу вас майор.
— Прошу всех к карте, господа. Наши гидросамолеты "Савойя" и дальние самолеты "Илья" в течение трех последних дней отслеживали активность Супермарины вдоль обращенного к Албании итальянского побережья. Море кишит транспортами разного тоннажа, и конвоирующими эти стада сторожевиками. В целом, в Адриатике сейчас огромное количество целей заслуживающих торпедометания и бомбометания, но пока не объявлена война, мы вынуждены бездействовать, чтобы не создать повода для обвинений. У нас нет уверенности, что между итальянских и албанских судов не затесались какие-нибудь испанцы, и прочие нейтралы…
— И при всем этом, сами "макаронники" регулярно нападают на корабли греков, и нагло нарушают воздушное пространство! Мерзавцы!
— Людвик, ты не прав, на море сейчас практически затишье. Видимо готовится что-то крупное, Рим собирает силы для серьезного удара.
— Ага! И при этом их "фиаты" каждый день атакуют греческих рыбаков, а нам запрещено даже просто летать дальше двенадцатимильной зоны прибрежных вод!
— Разведка же летает…
— Господа Амбруш и Будин, пожалуйста, упокойтесь, и дайте нам дослушать доклад!
— Прошу прощения, генерал. Простите господа…
— Продолжайте майор. Мы вас внимательно слушаем.
— Гхм… В портах Таранто, Бриндизи и Барлета экипажами дальних самолетов было замечено огромное количество каботажников загружающихся войсками, и военным имуществом. Все железнодорожные пути забиты воинскими эшелонами, та же картина и на автодорогах.
— Удалось установить хотя бы примерную численность войск.
— Численность этих войск оценивать сложно. Единовременно, там могут находиться несколько дивизий… Но сколько их там на подходе к портам, а сколько уже переправились, установить практически невозможно. Это работа для нелегалов в стане противника. А вот по флоту могу дать конкретные данные. На рейде Таранто собирается большой конвой примерно из полусотни кораблей, предположительно три из них линкоры, четыре крейсера и столько же эсминцев. Остальное разная мелочь…
— Полковник Винаров, может быть вы сможете дополнить рассказ майора. Что вам известно?
— Да, мсье генерал, новости имеются. Господа, мы получили сведения о переброски с северной базы Специи в Таранто одной дивизии линкоров и флотилии эсминцев. Вынужден согласиться с майором Коккинаки, готовится серьезная наступательная операция. Возможно тот сильный удар торпедными катерами и торпедоносцами "CANT", отраженный нашими пилотами, и несколько атак на критские порты Суда и Ираклион, как раз и были подготовкой к этой операции. Противник этими наскоками, вероятно, прощупывает оборону Греции, и ищет слабые места.
— К этому мы готовились, и только ждем отмашки из Афин, для полноценного отпора. Но я вижу, что вы не все нам рассказали. Что-то серьезное?
— Утром я беседовал с отправленным к нам для связи майором Эридаки. Так вот он сообщил, что Болгария в лице господина Кьосеиванова потребовала отвода греческих войск от границы…
— Под каким предлогом?!
