Я часто думаю, на что она похожа – настоящая любовь? Есть ли у нее какое-нибудь определение, как у некоторых вещей в УК? Все время получается, что нет. Даже ебаный перевал между влюбленностью и любовью так просто не нашарить. Где сейчас я? Вроде бы до перевала далеко. Но там, где я топчусь, холодно и трудно дышать.
Я влюбилась в Алефа не с первого взгляда, но и не, как я думала позже, с разговора о Политковской. Все хуже: если подумать, я что-то почувствовала уже в вечер выпускного, и мне хватило голоса, черт, какая же я коза.
Странно это было, я ведь своего собеседника тогда даже вообразить не пыталась, попыталась потом – и увидела, кстати, что-то очень похожее на правду. Высокого, крепкого, но не толстого брюнета с проседью. Чуть младше или чуть старше отца. С тонкими губами и широкими ладонями. С привычкой щуриться, хотя очков нет. В растянутом свитере крупной вязки или… в средневековом посеребренном нагруднике, даже не знаю почему. Кто-то из ребят писал, будто Алеф по описанию напоминает рыцаря. Не помню, кто.
Я плохо представляю, что делать со всем этим и делать ли. Лучше ничего себе не выдумывать и не лезть ни с чем лишним, чтобы ничего не испортить. Даже те слова… они были лишними. Ладно, хрен с ним. Буду думать, когда мы поймаем маньяка. Если поймаем. Кстати…
История Штольца – точнее, отсутствие в ней собаки – навела меня на мысль. Хочу кое-что проверить, одновременно очевидное и невероятное. Скорее всего, будет сложно, и Алефу идея вряд ли понравится, а Рыков и вовсе спустит с нас шкуру за такой поворот в сторону неадеквата. Но вдруг?
И пусть Марти будет смеяться.
Привет, тетрадка. Проснулась сегодня и подумала: случится плохое, очень, такое, что впору натянуть одеяло до самого носа и спрятаться. Я оказалась права, но еще, конечно, не знала об этом. Я решила, что моя разыгравшаяся лень просто прикидывается интуицией, у меня бывает.
Это не отменяло необходимости вставать, так что я слезла с кровати и постаралась чем-нибудь поднять себе настроение. Вспомнила: Ника же! Ника зачем-то заезжает в планетарий и потом хочет встретиться, посидеть на лекции. Я забегала как ужаленная, выбирая шмотки, потом спохватилась: зачем, дура? Это же, блин, не свидание. Ни с Никой, ни тем более с невидимым Голосом. Так что я схватила что попало – джинсы в люрексе и желтый канареечный свитер. Подумала, нужно хоть что-то солнечное и жизнеутверждающее, учитывая, как внезапно подпортилась погода.
Не слишком помогло.
