Я медленно вынимаю наушники и испускаю долгий вздох, в горле стоит ком. Заметив слева раскрытый сверток, я достаю оттуда роскошный белый шелковый шарф и надеваю его на шею. Нежный, невероятно легкий, это чистое наслаждение…
— Чего ради вы прощаетесь? Вы беспрерывно переписываетесь. Не даю ему и пяти минут до следующего сообщения.
— Он один в Лондоне на праздники, Плагг. Конечно, мы продолжим разговаривать.
С усталой улыбкой я проверяю список контактов на экране. Адриан уже отсоединился — в его пансионе очень строгие правила, даже во время каникул, а сейчас там время ужина.
— Вы оба невероятны. Как вы еще находите, что рассказать друг другу? Это выше моего разумения.
Закутавшись в новый шарф, я глубоко вдыхаю. Он пахнет новой тканью. Я прикрываю глаза, немного разочарованная. Думаю, я бы предпочла, чтобы шарф пах им. Но какой у него запах? Такая жалость, я не уверена, что смогу это вспомнить.
Впрочем, разве он оставался прежним, когда он становился Черным Котом? Я прекрасно помню, что он излучал иную энергию, ауру, свойственную всем Носителям Тени. По крайней мере, мне это внушают последние несколько воспоминаний — наследство объединения с прошлыми Носителями в Лувре. Я прожила их жизни и сохранила в памяти несколько обрывков, но почти всё остальное исчезло. Словно сон, почти полностью растаявший, от которого осталось несколько крошечных деталей…
— Разве можно назвать это настоящей разлукой? Достаточно электронного письма, сообщения и — хоп, вы как будто в одной комнате! Ба!
Плагг появляется из стоящей на столе маленькой корзинки, потрясая крошечным батоном, покрытым тонкой румяной корочкой, который он старательно поглощает — знаменитая сырная плетенка Дюпен-Чен. Мой отец приготовил на праздники целую кучу, но что-то мне подсказывает, что его запас не проживет дольше Рождественского ужина. Не когда рядом Плагг.
— Во времена ваших предшественников эпистолярное общение, по крайней мере, обладало шармом, — заявляет он между двумя хрустящими откусываниями. — Ожидание, тайна, возможность поменять партнера по болтовне под настроение или по воле случая…
— О, Плагг!
Я с досадой испепеляю его взглядом. Мне кажется, я помню, что большинство Носителей Тени обладали ветреной натурой, и у моих предшественников тоже были собственные любовные истории. Не имеет значения, я не хочу знать подробности!
Квами смеется и напыщенно произносит:
— Хорошее было время! Хотя. Было у меня несколько Носителей, которые считали меня своим психотерапевтом. Вот это было не слишком весело, — разочарованно заключает он.
Он с видом отвращения энергично кивает сам себе и заглатывает остаток сырной плетенки. Я позабавленно закатываю глаза, и тут раздается тихое позвякивание. Я немедленно хватаю телефон.
— Ага! Что я говорил? — зубоскалит Плагг.
Я предпочитаю его проигнорировать. Читая сообщение — украшенное несколькими блестящими каламбурами, — я улыбаюсь.
— Он, наконец, получил разрешение на выход. Они с друзьями увидят иллюминацию в Лондоне. Он пошлет нам фотографии!
Я пишу ответ, ожидая обязательного насмешливого комментария от Плагга.
— Ну и? Когда ты собираешься раскрыть ему сердце, мадемуазель робкая влюбленная?
Я чувствую, как краснеют щеки, и невольно начинаю запинаться.
— Что? Сказать ему, ч-что я люблю его? — я пожимаю плечами. — Он уже знает.
— Сарказм тебе не к лицу, Носительница Света, прекрати немедленно. И ты давно знаешь, что есть вещи, которые показывают, но есть и такие, которые говорят. Словами, как уже сделал он. Особенно в отношениях на расстоянии, как у вас.
Я приподнимаю бровь, озадаченная его пылом. Плагг принимается за пятую сырную плетенку — просто диву даешься, куда у него всё помещается. Родители опять обвинят меня в обжорстве, но поскольку я всё еще не вернулась к прежним сложению и весу, они закроют глаза…
— Плагг, с каких пор ты изображаешь сводника?
— Для людей? Примерно восемь тысяч лет. Но не меняй тему, я хотел поговорить не об этом. Когда ты собираешься сказать ему, что он был твоим прекрасным принцем с самого начала?
Телефон выскальзывает у меня из рук. Я едва успеваю подхватить его и испуганно смотрю на Плагга.
— Откуда ты знаешь? Т-то есть, с чего ты взял, что…
Плагг бросает на меня разочарованный взгляд.
— Обижаешь. Учитывая намеки Альи, советы твоей матери и старые фотографии Адриана, которыми увешана твоя комната наверху, не больно-то сложно понять, что ты давным-давно влюблена в него. И нет, отговорка «мне просто нравится мода», возможно, прокатывает с ним, но не со мной.
— …А.
Я знала, что надо было снять те фотографии. Но с моими ногами и костылями подняться по лестнице, ведущей в мою прежнюю комнату, по-прежнему невозможно, а попросить подобное у мамы сложно, не объяснившись. И в течение месяцев у Плагга было более чем достаточно времени, чтобы порыться в моих вещах.
Я делаю вид, будто сосредоточилась на телефоне в надежде, что Плагг оставит меня в покое. Бесполезные усилия, он покидает корзинку с плетенками и садится перед моим экраном, навострив уши, расширив от любопытства глаза.
— Так что? Почему ты ему так и не сказала?
