Выпускал он коз своих на луг утром. А их много, вечером никак не мог собрать всех. То одну забудет, то другую. И не мог он понять, все ли козы на месте, намучается, пока всех вспомнит. Забредут они в кусты, их и не видно. А ночью всякое может случиться. Зверь какой явится, и конец козе.
— И что же?
— А тот человек сказал ему — ты, когда коз выпускаешь, выпускай по одной, а как выпустишь — камешек клади на землю. Наберётся у тебя груда камней. Сколько камней, столько и коз. А как загоняешь по одной, убирай камешек. Если все камешки убраны — значит, все козы дома. А если остались камешки, иди, ищи оставшихся. Они ж далеко не уходили, просто не спешили в загончик.
Так и перестали у сыродела козы пропадать.
— Так это ж хорошо, — сказал Каска.
— Хорошо, — подтвердил кузнец. — Тот человек не плохой был и умный, просто…
Он замолчал ненадолго. Наконец, сын кузнеца не выдержал.
— Просто — что?
— Слушайте дальше. Следующим летом случилось у нас засилье волков в окрестностях. Вы не помните, маленькие ещё были. Волки обычно людей опасаются. А эти не боялись ничего. На скотину они нападали, на путников. Сперва в лесу. Потом до того дошло, что по деревне ходить стали. Корову загрызли прямо у дома нашего.
— Точно-точно, — поддакнул сосед. — И они вроде и не голодные были, а как нарочно, по злобе нападали. Нельзя было за околицу выйти. Скот пасти мы боялись. Да и в деревне всё через плечо оглядывались.
— Поговаривали, что, по крайней мере, один из них не настоящий волк, а оборотень, — продолжал кузнец. — Потому и людей ненавидит и не боится. Двоих человек растерзали они в лесу, не наших жителей, проезжих, которые про эту беду не знали.
Вспоминали мы тогда про того, у дальних скал — как он там? Даже хотели отряд собрать, и сходить к нему. Но никто, правда, точно не знал, где он живёт. А тут вдруг он сам в деревне появляется, как ни в чём не бывало. Что, спрашивает, все встревоженные, что тут творится?
Рассказали ему про волков. Он помолчал. Потом говорит: “Да, видел я их”. Спокойно-спокойно. Я помню, удивился тогда — встречал эту стаю, в лесу, один, и даже глазом не моргнул.
Кивнул он нам тогда ободряюще и ушёл.
А через пару дней случилась такая история. Одна наша девушка, Акулина, — ну, знаете её, она теперь замужем, в третьем доме от околицы живёт.
Ребята дружно кивнули.
— Так вот, Акулина эта как-то днём залезла на высокий стог в поле и задремала там. Проснулась, открыла глаза, а уже сумерки. Она сразу и не вспомнила, где находится, потом поняла и испугалась. Думает, надо скорей домой бежать. Вдруг слышит голос снизу. Выглянула она осторожненько с вершины стога. А там как раз стоит приезжий тот и вокруг стая волков.
Акулина сперва чуть со страху не умерла. К счастью, не вскрикнула, не шелохнулась. Лежит и слушает. И смотрит одним глазком сверху.
“Уходите отсюда, — говорит приезжий. — Живите, как обычные волки”.
Один волк был крупнее остальных, и не серый, а бурый. И зарычал этот волк.
“Не все люди виноваты в твоей беде, — продолжает приезжий. — Смирись и жди. Всё ещё может измениться”.
И снова зарычал волк. Приезжий развёл руками.
“Я устал. Люди найдут способ с тобой справиться, хоть ты и неуязвим для оружия”, — бросил он. Повернулся — к волкам повернулся спиной! — и пошёл к лесу. А волки тут уже все зарычали и побежали, только не за ним, а в другую сторону.
Акулина же выждала полчаса и помчалась в деревню. Там она всё это рассказала, но не все поверили, подумали, может, это ей приснилось?
Волки же словно ещё больше озлобились. Заходили в деревню уже не только ночью, но и в сумерки. Удалось как-то выстрелить в бурого из лука, да только стрела отскочила от его шкуры.
И через несколько дней ехал через наши леса путник один по каким-то своим делам. То был воин, вооружённый, в броне. Он и в деревню, видимо, заезжать не собирался.
— И что? — с замиранием сердца спросил Касьян.
— Загрызли его волки с лошадью вместе. И не просто загрызли, а тело к околице притащили — смотрите, мол. Бойтесь. И началась в деревне паника.
А вскоре снова приезжий появился. Ну что, спрашивает, не присмирели волки?
Рассказали ему всё. Он задумался, словно что-то решал про себя. Потом вздохнул и говорит: “Могу вас от них избавить”.
Все, конечно, стали просить спасения от волков.
И занялся он делом.
Для начала дал он мне золотую монету, и попросил сделать железные стержни, длинные, да такие, чтобы их можно было один в другой вставлять. Не хотел я монету брать — ведь против волков делал, для общей пользы, — но он объяснил, что ему надо, и ушёл, а потом смотрю, на столе монета лежит.
Потом велел он добыть ему тушу коровью.
И ещё попросил у меня клещи хорошие, дал я ему такие, которыми что угодно перекусить можно.
Когда были готовы стержни, забрал он их у меня, и унёс. Перед этим предупредил, что нужно будет дня дождаться, подходящего для избавления от волков. Сказал, что день выберет и придёт. Попросил нескольких человек сопровождать его в лес. Оружие, говорит, можете взять, но от него толку мало, без него обойдёмся. Я согласился пойти и Гриц тоже. — Кузнец кивнул на соседа и продолжал: