— Ну, как там все-то?.. Как там Кисель, все крестиками промышляет?.. А дочки твои как, подросли небось?.. Петровна как?..
Потом вдруг здравая фраза:
— Будь другом, узнай: сколько я за квартиру должен, отсюда ведь можно выплачивать потихоньку.
— Хорошо, узнаю… а за вагон-то выплатил?
— Само собой… немного осталось, а так-то почти выплатил, мне бы теперь еще за квартиру расплатиться, узнаешь?
— Узнаю, конечно… тут, говорят, досрочно можно выйти.
— Хорошо бы, но… — быстрый взгляд в сторону замполита, — хотелось бы деньжат подзаработать.
— У вас отряд какое место в этом месяце занял? — спросил его замполит.
— Только шестое.
— Это почему же только шестое? — сказал я.
— Да есть тут некоторые… — И опять быстрый взгляд на замполита: можно ли говорить? — В общем, есть тут такие, из-за которых отстаем.
— Да, — твердо подтвердил замполит, — у них есть небольшая группа, которая всех назад тянет… Но в общем и целом народ тут сознательный. Например, когда собираем деньги в Фонд мира, обязательно откликнутся все. У нас даже есть тут один, — замполит с удовольствием улыбнулся, — который сам регулярно в Фонд мира пересылает одну и ту же сумму денег. Нам даже официальная бумага пришла из комитета с просьбой как-то отметить данного товарища, наградить. Но мы в дело заглянули, а он — нарушитель… так что, — и замполит развел руками.
Потом пришло время и мы пошли к начальнику ЛТП, которого здесь все зовут «хозяин». По дороге Сергей Михайлович говорил:
— Я ведь до этого был на комсомольской работе, занимался, можно сказать, тем же — воспитанием. Но только сюда, в ЛТП, перейдя, понял, как много брака в нашей воспитательной работе! Как много мы делали для «галочки», абы отчитаться, сделать вид, что все хорошо! Ан нет — брак-то всегда выплывет! И за этот наш прошлый брак приходится сейчас расплачиваться. Ведь даже для женщин сейчас пришлось открыть специальный ЛТП! Женщины вообще спиваются быстрее, страстности, что ли, в них больше, — два-три года, и готово. Ну, это ладно, хоть и ужасно. Но ужаснее, что у них ведь есть дети! Если раньше у нас в городке было две школы для умственно неполноценных детей и к нам свозили со всей области, то теперь и для своих не хватает! А это ведь в основном дети родителей-алкоголиков. Ну, а они подрастут, сами дадут потомство, а? Ведь уродство генетически закрепится — вот что страшно-то!
Начальник ЛТП — подполковник внутренней службы Владимир Васильевич Соколов, высокий крепкий мужчина средних лет, — встретил очень доброжелательно.
— Да, — сказал он, — есть в ЛТП много проблем, которые хотелось бы обсудить, так как давно пришло время. Но как раз с утра сюда приехала одна комиссия, и, к сожалению, сейчас нет времени.
И, договорившись с Владимиром Васильевичем о встрече, мы вернулись в кабинет, где в той же позе в присутствии дежурного с красной повязкой на рукаве дожидался Вовка.
— Вы не поверите, — продолжал замполит разговор, начатый еще по дороге, — некоторых ведь привозят из такой глуши, что впервые здесь телевизор видят! Черные от грязи, в теплотрассе ночевали, даже вот таких. — Тут Сергей Михайлович неожиданно вскочил, быстро расстегнул китель, скособочился, затрясся и стал натурально похож на человека, выходящего из недельного запоя. Где-то даже смахивающего на Борьку Киселева, когда-то жившего в нашем доме на первом этаже.
Я вежливо засмеялся, чтоб как-то вознаградить Сергея Михайловича за это мгновенное перевоплощение. Глянул на Вовку — лицо его было серьезным и грустным. Он, по-видимому, не видел в этой сценке ничего смешного. Да и Сергей Михайлович уже принял нормальный вид, застегнулся на все пуговки, сел за стол и продолжал:
— В изоляторе такого месяц держим, пока отойдет, а то пошлешь куда-нибудь на работу, а он тебе с крыши свалится. Отмоется, отъестся, на человека станет немного похожим. И что интересно — никто не хочет признаться, что он — алкоголик. Мы тут недавно ввели в практику записывать на магнитофон выступления родственников, а потом транслируем эти выступления. Или вот взять письма. Есть такие, что до слез пронимают… тоже транслируем.
— Помогает?
— А как же! Мы все делаем, чтобы пробудить в них какие-то хорошие чувства, и это почти у всех находит благодатный отклик. Мы сделали перед входом в ЛТП детский уголок, видели? Ну так вот, когда приходят сюда жены с детьми, детям есть теперь где поиграть. А вообще детей здесь очень хорошо принимают: скажем, шефы с концертом приезжают — стоит выйти и предупредить: дети! И уже никто не посмеет свистнуть или матюгнуться там — ни-ни! Дети! Детям хлопают больше всего… Или вот еще такой факт — у нас неподалеку есть детский садик, так мы решили взять над ним шефство.
— Вы?!
