Машине пришлось покрутиться среди теснившихся на дороге пролеток и простых телег. Пробившись к Шпалерной, водитель остановил машину на перекрестке. Клещев проворно соскочил на тротуар и завертел головой по сторонам, но мужчины не было видно, он безнадежно затерялся в людской толчее.
– Мать твою, замел следы!
Настроение сразу испортилось. Оставалась надежда, что его засекли другие филеры или бригада японцев, но и она не оправдалась – Долговязый всех оставил с носом.
Такого с Клещевым давно не случалось, он по уши сел в лужу. По старинке ему захотелось выместить злость на своих подчиненных, но в последнюю минуту он все же воздержался. Раздувать скандал выйдет себе дороже, поэтому, послав подчиненных куда подальше, он сел в машину и приказал ехать в контрразведку. Подороге ломал голову над тем, как выкрутиться перед Дулеповым, но ничего путного на ум не приходило. Вдобавок ко всем его несчастьям у подъезда стоял знакомый автомобиль: в контрразведку приехал Сасо.
С тоской взглянув на дежурного, Клещев на негнущихся ногах поднялся в приемную. Там уже маячил ротмистр Ясновский.
– Ну как? – с порога спросил он.
– Так-сяк, – угрюмо буркнул Клещев.
– Хоть что-нибудь зацепили? – не унимался тот.
– Ага, яйцами за провода, теперь ни туда ни сюда.
– Не зарывайся, Модест! Я тебе не…
– В том-то и дело, что ты мне «не», – буркнул Клещев. – Доложи Дулепову!
Зло сверкнув глазами, ротмистр бочком протиснулся в кабинет.
Присутствие Сасо усугубляло ситуацию. «Черт бы побрал этого надутого японца, как не вовремя! – терзался Клещев. – Один на один с Азалием еще можно как-то объясниться. Ну, психанул бы старик, ну, в рожу съездил… Так не обидно, между своими и не такое случается. А тут на глазах этого японца обосраться… Совсем дело дрянь. Не дай бог, еще кто-нибудь из филеров настучит, мол, не так проводил операцию. Мерзавцы! Спят и видят себя на моем месте».
В дверях показался Ясновский.
– Проходи, Модест, только соловьем не заливайся, им сейчас не до тебя, – скривившись, сказал он.
Клещев пожалел, что несколько минут назад поддел ротмистра этим своим «не». Тот уже давно точит на него зуб и при докладе Дулепову мог не пожалеть черной краски.
Переступив порог, он понуро взглянул на начальство. Рожа у Дулепова была красная, японец, обычно чопорный, что-то громко говорил, улыбаясь. На столе стояла наполовину пустая бутылка коньяка.
Клещев приободрился, похоже, он сможет выкрутиться. Гном засветился, это уже удача. Контактера засекли… А то, что ушел из-под наблюдения… Так кто же мешает преподнести под другим соусом: подстраховались, решили не лезть напролом, все нити держим в руках, надо будет – найдем!
– Господин полковник! – зычным голосом начал он.
– Модест, давай без солдафонских выкрутасов, – махнул рукой Дулепов.
Клещев сбавил тон:
– Азалий Алексеевич, памятуя о том, что это задание особой важности, работу мы вели с дистанции, применяли комбинированную слежку. Послетого как объект Гном…
– Давай ближе к делу, – прервал его шеф.
– За объектом зафиксировано два заслуживающих внимания контакта. Первый имел место на выходе из антикварной лавки. Русский, взят в проработку. Информации пока нет, мои ребята еще не вернулись с задания. Второй… – Клещев замялся. – Второй произошел на бульваре, неподалеку от летнего павильона. На первый взгляд, ничего особенного – прошли мимо, и все. Но… Мне показалось, что якорек Гном все-таки сбросил, вот я и дал команду зацепить Долговязого.
– Долговязого? – удивился Дулепов. – Кто ж ему такую кличку дал?
– Так Гном ему по яйца будет, вот я и…
– Да погоди ты, Модест, со своей яичницей. Что за птица, откуда взялся?
– Вроде русский, но не из тех, кто жопой костыли в шпалы на железке забивает. Из барчуков, я их породу за версту чую.
– Мы не на охоте, Модест, кто такой? – торопил Дулепов.
Клещев скосил глаза на Сасо. Тот весь превратился в слух.
Значит, японцы о Долговязом ничего не знают, догадался филер и заговорил скороговоркой:
– Объект работал со знанием дела. Маршрут выбрал не просто так. На набережной в такое время «хвост» засечь проще простого, но мы исхитрились подобраться. Он и Гном сошлись на тропинке, что в сторону ведет от аллеи. Контакт, как я сказал, был наикратчайший. Потом японские коллеги продолжили работу по Гному, ну а мы этого повели. Он к центру города рванул. Нас не заметил, головой ручаюсь. В конце улицы шмыгнул в подворотню, там двор проходной. На параллельной улице, похоже, его машина ждала. Мы не стали устраивать гонки, чтобы не вспугнуть, но… – Клещев замолчал, не зная, что говорить дальше.
В глазах Дулепова вспыхнули злые огоньки, он еще больше покраснел. Ничего хорошего это не предвещало, и Клещев невольно вжал голову в плечи. Однако развязка оказалась неожиданной. Полковник какое-то время помолчал, а затем бодро произнес:
– И хорошо, что не вспугнули. Главное, контакт зацеплен. Теперь мы знаем, кто в штабе работает на большевиков. А твоего Долговязого мы, надеюсь, найдем. Все так, господин Сасо?
Японец кивнул, лицо его оставалось непроницаемым.
Подталкивая Клещева к двери, Дулепов прошипел:
