Я наконец то восстановил дыхание и немного перевел дух. Увидев движение моей руки за луком, он этак ласково сказал: — Бесполезно, на меня это не действует и твои зверушки тоже бесполезны. Эти миры создал я и все, что создано в этих двух мирах подчиняется мне. А ваш всеблагой, украл у меня половину моего мира. Ну ничего, скоро я опять стану единоличным властителем. А всех этих никчемных людишек, что забыли меня, превращу в своих слуг. Ты готов умереть, Свен? А может быть передумаешь геройствовать? Поступишь на службу ко мне? Мне верные и сильные воины нужны. Я собираюсь покорить ещё не один мир, говорят аппетит приходит во время еды, так вот я голоден…
Вдох, выдох, вдох, выдох. Меч уже не дрожал в моей руке, а я почувствовал себя отдохнувшим. Не произнося ни слова, я направился к трону. — Значит все — таки хочешь умереть. Жаль, ты меня немного повеселил. С этими словами он оказался с ног до головы закованным в доспехи странного синеватого цвета. В его руке заблестел такой же меч. В два прыжка он слетел с помоста и с криком, — Так умри же тварь дрожащая, — напал на меня. Ну во — первых я не тварь, а уж тем более не дрожащая, во вторых и не таким гонор обламывали, а в третьих я уже не тот Свен чистильщик, что начинал борьбу с Навью, сам ведь назвал меня неистовым…
Зазвенели мечи, искры сыпались в разные стороны, мне удалось провести атаку, и мой меч со скрежетом пробороздил черту на его груди. Однако его странные доспехи тут же затянулись и опять блестели как новенькие. А вот у меня на плечах несколько пластин погнулось. Потом он подловил меня на ложном замахе, и когда я провалился, нанес рубящий удар по голове. К его удивлению я после этого удара выжил. Спасибо моей, когда то белой шапке с металлической пластиной на макушке, выручила в очередной раз.
— А ты крепче оказался чем я думал, — легко проговорил он, отражая мою очередную атаку. Я сделал вид, что опять проваливаюсь вслед за его финтом, но вместо того, чтобы подставить снова свою голову под его удар, я отпрыгнул в сторону и нанес неожиданный колющий удар ему в живот. Его странные доспехи выдержали удар, но прогнулись так, что даже я увидел на его бесстрастном лице гримасу боли. — А вот за это ты умрешь мучительной смертью, ещё никто не заставлял меня испытывать чувство боли и страдания. С этими словами он легко перерубил мой меч у основания, и я понял, что все это время он играл со мной, как кошка играет с мышкой, прежде чем её придушить окончательно. Мой кинжал, что я метнул ему в глаз, был легко перехвачен и неуловимым движением послан в меня. Меня спасло то, что мой налокотник на левой руке, которой я инстинктивно прикрылся, отрикошетил его в сторону.
— Ну, вот и все, Свен. Сначала я отрублю тебе твои поганые руки, которыми ты нанес мне несколько болезненных ударов, потом отрублю твои поганые ноги, которыми ты топтал мою землю, а потом живьем скормлю своим зверушкам. Есть они тебя будут медленно, растягивая удовольствие…
Я судорожно ощупывал свой пояс в надежде найти второй свой кинжал, — все какое — никакое оружие, да хотя бы и против меча. Неожиданно моя рука наткнулась на рукоятку отцовского меча, которая без ножен висела у меня на поясе. Так, игрушка, как думали многие. Да и сам я им никогда не пользовался, так как непривычен, слишком легок и лезвие странное, вызывающее опасение самому порезаться. Как утопающий хватается за соломинку, так и я схватился за этот меч. Палец непроизвольно нажал на кнопку, в тот же миг раздалось гудение и я нанес удар на уровне пояса. Мой меч легко прошел через доспехи, и я чуть было не упал, когда он вышел с другой стороны. На лице забытого бога появилось удивление, потом гримаса боли и недоумения… Вторым ударом я отрубил ему голову.
Жрец, который до этого тихо сидел на полу и ждал, молясь, окончания схватки, быстро вскочил на ноги, схватил голову, подбежал к стене, где горел большой светильник, сорвал его и вылил горящее масло на голову забытого бога, при этом не забывая скороговоркой читать очистительную молитву. Гора затряслась, как только загорелась голова, оглушительный рев раздался снаружи, а потом наступила полная тишина…
— Как тебе удалось убить забытого бога? Что это за странное оружие у тебя в руках? Пришлось придумывать на ходу. — Этот меч мне дала моя жена, Элизабет, она дочь всеблагого и живет в его небесных чертогах. — У всеблагого есть дочь? — Есть, но сие есть тайна страшная и если ты проболтаешься хоть кому об этом, то всеблагой может тебя покарать страшной смертью… А может и не покарать…
Я сидел на троне забытого бога и наслаждался покоем. В зал вошел Ким, на его доспехах не было ни одного целого места. — Свен, там все сдохли, и Навь и порождения, все, все. Пойдем посмотрим, да и помощь твоя нужна, у меня все ранены. И павших надо собрать. Не ужели мы победили?…
