Пока эти мысли промелькивали у меня в голове, соревнуясь по скорости с молниями, что впивались в землю за окном, огонь разгорелся ярко и широко. Ох, нет, только не пожар! Загрохотало, старая таверна затряслась, где-то быстрыми шажочками зазвучали капли, плюхающиеся на пол. Огонь горел как-то странно — в центре комнаты, в воздухе, словно призрачный, хотя от него по-настоящему веяло жаром. Я вжалась в стену. Он освещал крепкие массивные плечи и руки — черные как уголь … как уголь в том карьере, где меня окружили точно такие же существа! Огнеголовый сделал медленный шаг, уткнувшись коленями в кровать, и принялся шарить по ней руками. В одно движение я выскочила из нее и рванула к двери — огнеголовый стремительно бросился мне наперерез.
— Рандаргаст! — Взвизгнула я не своим голосом, снова отскочив к кровати. Здесь было довольно тесно, так что я успела набить пару синяков и думаю этой парой ночь сегодня для меня не закончится. Огнеголовый крепко вцепился в мое плечо раскаленной рукой.
— Рандаргаааст! — Заорала я благим матом и пнула огнеголового куда смогла. Дверь распахнулась, ударив нас обоих, так что мы расцепились и полетели в разные стороны. Под низким потолком возникло ослепительно светящееся голубоватое облако. Рандаргаст с яростно полыхающими глазами бросился в сторону огнеголового, что-то вычерчивая руками в воздухе. Мертвяк потянулся к магу — тот натурально зарычал, будто зверь какой. Вскинув руки, он сильным жестом резко опустил их вниз, будто вбивая огнеголового в пол. Огонь потух, раздалось негромкое шипение и силуэт растаял, слившись с ночным полумраком. Мелькнула молния, я с облегчением увидела, что огнеголовый исчез. Ноги мои внезапно стали непослушными и словно бы ватными, поэтому я осталась сидеть на полу, прислонившись спиной к кровати.
— Джуди, ты в порядке? — Спросил Рандаргаст и я почувствовала его крепкую руку на своем предплечье. От пережитого потрясения я сначала не могла говорить, лишь всхлипывала перехваченным горлом. Меня трясло так, что я даже на ноги подняться не могла. Рандаргаст подтянул меня к себе.
— Пойдем в мою комнату! — Велел он, вытаскивая меня наружу, в узенький коридорчик. Здесь он задержался, закрыл дверь и что-то начертал в воздухе, затем подтолкнул меня к соседней двери. Эта комната оказалась еще меньше моей, а из мебели тут были лишь кровать да одинокий табурет, прислоненный к стене — по-другому стоять он был неспособен. Рандаргаст легким тычком усадил меня на узкую кровать и снова сотворил облако:
— Рандаргаст, почему он пришел за мной? — Спросила я, позорно шмыгнув носом. — Блин, он меня просто до ужаса напугал. Я думала, что снова оказалась там, в карьере, среди мертвецов.
Рандаргаст внимательно осмотрел меня, коснулся ожога, который оставил мне на память мертвяк и покачал головой:
— Эти твои походы на ту сторону добром закончиться не могли, Джуди! Ты привлекла внимание мертвых и темного бога, причем дважды. Вот они и стали чувствовать тебя.
— Но ведь это таверна! Откуда тут мертвяк! — Возразила я, ощущая как меня мучительно передергивает от нервного озноба.
— Как видно в той комнате недавно кто-то умер. Вернее даже так — там кто-то долго и мучительно умирал, поэтому она на какое-то время образовала связующий коридор с миром мертвых. Тебе нельзя там спать, Джуди.
— Знаешь, я уже вообще передумала спать, — я наконец овладела собой и стала говорить уже немного спокойнее, хотя все еще дрожащим голосом, — я теперь вообще вряд ли смогу когда-либо уснуть. Почему он трогал меня?
Рандаргаст пожал плечами и принялся водить кончиками пальцев над моим ожогом. Боль стихла.
— Они прикасались к тебе? Там, в угольном карьере?
Я на какое-то время задумалась, затем кивнула:
— Да, несколько из них успели коснуться меня. Но никто не хватал так крепко, как этот.
Рандаргаст сел рядом, обнял меня за плечи и притянул к себе.
— Те несчастные, которых засыпало, когда карьер обвалился, не хотели умирать, Джуди, — начал он объяснять вполголоса, поглаживая меня по плечу, — у них остались семьи — родители, братья, сестры, жены, дети. Думаю, их можно было спасти, но владелец карьера испугался и сбежал, не сказав никому об обвале. Поэтому помощь пришла слишком поздно, уже нельзя было ничего сделать. Я так думаю, погибшие, оказавшись на пороге, не позволили темному богу забрать себя в мир вечного покоя. Они хотели вернуться к своим семьям. И все еще ждут этой возможности.
— Они до сих пор ждут? — Поразилась я. — Сколько же времени?
— Около полутора сотен лет, — мне не удалось сдержать удивленного возгласа, — я не знаю почему они приняли именно такой вид, но факт остается фактом — самые упрямые из погибших до сих пор сопротивляются темному богу, прячутся от него. Видимо, от столь долгого нахождения на границе жизни и смерти, в ожидании помощи, в тоске по семьям, они спятили. Наверное, этот огнеголовый решил, что ты — его жена или девушка. Вот он и пытался забрать тебя с собой.
— Жуть какая, — нервно проговорила я, — Рандаргаст, можно я останусь с тобой? Я боюсь там спать одна.
