Я замолчала, тупо глядя перед собой. Ничего себе — веселые новости. А я-то так надеялась, что Рандаргаст что-нибудь придумает и спасет меня, хоть и выпендривалась со своей принципиальностью. Я бы с огромной радостью проиграла этот спор — я слабее? И ладно! Я согласна с этим, только спаси меня, большой и сильный Рандаргаст! Возьми короля за шкирку и тряси его как щенка, пока он меня не помилует, ты сможешь, я в тебя верю, аминь!
— А что случится, если я не соглашусь? — Осторожно спросила я, вскинув голову и глядя в бесконечно огромное лицо божества, с глазами похожими на бездонные черные дыры, — что, если я сбегу, например?
— Тогда обряд останется в мире. И ему будут подвергать людей и дальше.
Да что ж это такое! Проклятье! Вот как меня угораздило попасть в такой ужасный мир?
— Но … если я … допустим … не знаю, — забормотала я, — хорошо, пусть оно останется. Жили же люди как-то и раньше?
— Жили-то жили, — веско произнес Маруф, — но тебе разве нравится мысль, что будут таким образом пытать кого-то другого?
— Только одного … и преступника, — неуверенно сказала я, загружаясь все больше и больше.
— Вовсе не обязательно преступника, — возразил темный, — Орден давно уже применяет эту казнь по своему усмотрению. Они назначают преступником того, кто им неудобен. К тому же, эпоха смуты давно завершилась и современные преступники вовсе не похожи на тех, закореневших в сладострастной жестокости магов. Они, в большинстве своем, обычные люди. Конечно, не самые лучшие, но обычные. Дело даже не в этом. Орден давно уже проводит эксперименты в своих скрытых магических лабораториях. Они планируют вырастить Древо Чистоты, которое будет давать множество плодов. И так далее — каждый раз. Ты будешь первой на ком это испытают.
— Ужас какой! — Совершенно оледенев от этой мысли произнесла я. — Тогда конечно … но разве вы, боги, не можете исправить это? Почему я?
— Потому что боги не могут прийти в ваш, материальный, мир — он этого просто не выдержит. А добровольно принести нам это семечко люди не соглашаются. Собственно, прямо сейчас мы все и исправляем — давая тебе все необходимое. Твоя задача избавить этот чудесный мир от неприглядного будущего.
— Орден! — Скрипнула зубами я. — Чтоб их крокодилы ели с хреном и вареньем! Получается, если я сейчас не уничтожу это семечко — Орден возьмет власть над миром, когда сможет вырастить множество таких плодов?
— Именно так. — Подтвердил Маруф и замолчал, давая мне возможность поразмыслить перед тем, как я окончательно приму решение. Думала я долго. И все никак не выходило, чтобы я могла миновать эту проклятую казнь и этот обряд. Жить, разумеется, мне хочется ужасно, но не такой ценой. И потом, у меня здесь появились друзья — Грауэр, кобольды, гном, бабушка Пии, да даже Рандаргаст! Мне не хочется, чтобы они жили в мире, где возможно будет просто взять и подвергнуть мучительной смерти любого, не согласного с Орденом. Черная власть. Даже король будет бессилен противостоять им — ведь и он смертен. Кто сказал, что его тоже нельзя обвинить в чем-нибудь? Я вздохнула. По всему видать, придется мне героически сдохнуть.
— Ладно. — Сказала я коротко и угрюмо. — Но мне за это какие-нибудь печенюшки в загробном мире полагаются хоть, а? Досадно, знаешь ли, так жутко умереть и потом тупо бродить в виде скучающего привидения.
— Разумеется! — Одобрительно произнес Маруф и улыбнулся. — Полагаю, за такое можно даже попасть в Сияющую Обитель, место обитания светлых богов. А у них там весело. Но это как решат боги судьбы, темный и светлый. Знаешь, как они это делают?
— Неа, откуда? — Вяло откликнулась я, все еще обдумывая сложившуюся ситуацию.
— О! Это очень красивый обряд. Они начинают по капле наполнять чашу твоей судьбы — каждая белая капля это твой добрый, хороший поступок, а черная — дурной и жестокий. Если, смешиваясь, они образуют черную жидкость, то ты останешься в темном мире навеки. А если жидкость в конце концов окажется светлой — тебя заберут к себе светлые боги. Нужно всего лишь испить эту чашу. Говорят, чем она темнее — тем трудней это сделать. И если ты справишься, то тебе не нужно будет проходить этот обряд — светлые заберут тебя сразу.
— Круто до визга, — вздохнула я и встала, — чего уж теперь! Как я понимаю, шанса выжить у меня нет в любом случае.
— Все умирают, — равнодушно сказал Маруф, — но в разное время.
— Значит, на мою казнь ты не придешь?
— Приду. Но не к тебе.
— А к кому? — Удивилась я. Но темный бог хитро улыбнулся и погрозил мне пальцем.
— Я не имею права тебе этого говорить! Иначе наш бог судьбы, темный Ха́рраф, мне голову оторвет.
— Ну-ну! — Иронично сказала я. — Красиво прикрылся. Ладно. Согласна. Договорились. Только пусть мне эти ваши боги силушек магических побольше отсыпят, хорошо? Ну и мозгов, наверное, тоже — должна ж я буду сообразить как уничтожить это ваше семечко. Э-э-э … раз я вам нужна, я думаю, ты меня сейчас отпустишь, да?
Он кивнул, как-то смущенно, и неожиданно, понизив голос, заговорил с просящими интонациями:
— А ты можешь сделать для меня одно одолжение?
