У него просто рука не поднимется уничтожить такую красоту.
Жаль, что потребовалось несколько месяцев, множество дурных поступков и мыслей, прежде чем Власов понял это. Всего одна картина — и его глаза широко распахнулись.
Повинуясь своим мыслям, словно прощаясь с настоящей Нелли, Егор легко провел кончиком пальца, по щеке нарисованной Нелли. И быстро, чтобы не передумать, вышел из комнаты, из квартиры, находясь в совершенно растрепанных чувствах.
У Егора настолько вылетело все из головы, что он даже забыл закрыть за собой входную дверь, просто захлопнув ее, но не воспользовался ключом.
Егор и не знал, что такая на первый взгляд мелочь, может стать решающей в ходе дальнейших событий его жизни.
Егор вышел из подъезда и не обратил внимания на стоящую неподалёку черную машину с тонированными стеклами. Шкода или ситроен, таких машин тысячи в Питере. Вот только невысоких женщин в черных очках, закутанных в шарф, не так уж и много…
Незнакомка вылезла из авто, проводила молодого мужчину долгим взглядом. Словно он был ей знаком. И направилась в подъезд, откуда он только что вышел. Незнакомка прекрасно знала, на каком этаже, и даже в какой квартире только что побывал Власов.
Вот только… она даже не рассчитывала, что когда прикоснется рукой, затянутой в черную кожаную перчатку, ручки двери, та с тихим скрипом распахнется перед ней.
— Егор! Что ты натворил? Забыл закрыть дверь? — Тихо охнула незнакомка, показав, наконец, свои истинные эмоции. И то, что она прекрасно осведомлена и о личности «проникнувшего» в квартиру, и хозяина таковой. — Ты забыл воспользоваться ключами и закрыть дверь!
Невозможно было поверить в такое «чудо». Незнакомка медленно стянула с себя шарф и очки, не спеша снимать перчатки, и вошла. Перед ней теперь открывались роскошные перспективы…
Змеиная улыбка изогнула тонкие губы женщины. Она уверенным шагом прошла прямо в гостиную-студию и встала прямо перед портретом. Она изучала его долгим, придирчивым взглядом, отмечая красоту и невинность девушки. От картины действительно исходило сияние… а от изображенной на ней девушки веяло молодостью, свежестью, хотя в упрямых чертах лица чувствовался характер. А тело… незнакомка не могла отвести глаз от изящных изгибов спортивного тела.
Она с сожалением посмотрела на себя — стареющая «дива». Сколько подтяжек лица и упорного труда тренера было положено на алтарь красоты? И все равно, в беге за ускользающим идеалом, женщина понимала, что никогда не могла добиться того, что без труда получила эта девчонка.
Молодость ушла безвозвратно. А ее никто и никогда не любил так, как эту… никто не рисовал с таким восхищением ее бедра и талию. Как Влад — свою Нелли. Никто не желал ее саму так же сильно, как Егор — Нелли…
Женщина, как загипнотизированная, едва сумела отвести взгляд от картины и достала телефон. Скрытая папка, фото ее обнаженного героя любовника Егора, сладко спящего на постели… фото, сделанное тайно. Украдкой. Как и вся их любовь. Запароленные фото, которое она так часто пересматривает перед тем, как лечь в постель с нелюбимым. С мужем. Незнакомка подошла к картине и почти приложила к ней телефон, чтобы изображения оказались рядом.
— Вы идеальная пара. Ваши тела — образцы для подражания. Вы оба молоды, дерзки, бросающиеся в омут чувств с головой. Да, Егор? Теперь я понимаю то, о чем твердит изо дня в день мне твоя мать.
Моя лучшая подруга. Она спит и видит Нелли твоей женой. А меня после каждой встречи с кем-то из Власовых потом долго выворачивает в туалете наизнанку. Меня тошнит! Я притворялась всю свою жизнь. Сначала перед постылым мужем, изображая любовь там, где ее не было. А потом… пришел черед притворяться — наоборот. Скрывать постыдное, запретное чувство от других.
Любовь к сыну лучшей подруги — к Егору. Мне не привыкать… притворяться. Но и вулканы, которые веками спят, иногда пробуждаются, и несут разрушения. А я всего лишь человек. Слабая женщина.
О, как бы я хотела уничтожить ее! — С этими словами незнакомка безумно оглядела пространство вокруг себя. И ее взгляд упал на острый нож, лежащий на тумбочке вперемешку с красками. Острый нож, используемый для подрезания холста… незнакомка, так и не снявшая перчатки, схватила его, и с небывалой силой воткнула в картину.
Там, где было изображено одухотворенное девичье лицо… и продолжила методично уничтожать творение рук художника, снова и снова с ненавистью вонзая нож в нарисованное тело… изувечив картину, женщина с омерзением отбросила нож в сторону, полностью удовлетворенная результатами своей деятельности. Она уже сделала пару шагов к выходу, когда ее глаза плотоядно сверкнули.
