Патроны могли пригодиться. Перерезав ножом верёвку, которая притягивала штабеля к полу вагона, он столкнул мешающие добраться до патронов ящики на мешки с зерном. Поддев лезвием в нескольких точках, поднял крышку, удостоверившись, что в ящике плотно уложены бумажные скрутки с мерой пороха и пулей внутри; как мог, вернул крышку на место и сбросил под откос. Дождь продолжал идти, поэтому Старбак не поленился соскочить следом и крепко простучал крышку по углам каблуком. Не дай Бог, боеприпасы намокнут. Вскоре рядом с первым ящиком патронов улёгся второй, а, когда Старбак рыскал по вагону в поисках третьего, в дверном проёме появился Труслоу с пистолетом охранника и кожаной сумкой:
- Эй, ты что тут затеял, парень?
- Патроны. Думаю, здесь найдутся ещё.
Труслоу спрыгнул вниз, пинком сбил крышку с ближайшего ящика и тягуче схаркнул на бумажные картузы жёлтый табачный сгусток:
- Нам они – как быку вымя.
- Почему это?
- Это шестьдесят девятый калибр. Я такими в Мексике воевал. А ружья, которыми полковник в Ричмонде обзавёлся, пятьдесят восьмого калибра.
- Ой. – кровь прилила к щекам юноши.
- Можешь взять их костёр разжигать. – ухмыльнулся сержант.
- То есть, они бесполезны?
- Для нас да, парень. – Труслоу засунул пистолет за пояс, подхватил один картуз, разорвал вощёную бумагу и показал Старбаку пулю, - Великовата зараза, видишь? А что-нибудь ценное нашёл?
- Пока лишь эти патроны.
- Ну ты даёшь, парень! – Труслоу опустил отчётливо звякнувшую сумку на землю и, забравшись в вагон, отобрал у Старбака нож, - Дела подобного рода, парень, надо обделывать быстро, чтобы успеть убраться до того, как пассажиры придут в себя и у них появятся всякие глупые идейки. Как бы ты ни отбирал у них оружие, обязательно найдётся умник с запрятанным револьвером и башкой, достаточно пустой, чтобы он рыпнулся. Помню, на Орандж-Александрийской линии молодой петушок пару годков назад надумал взять меня с наскока…
- И что?
- Дальше поехал в почтовом вагоне. Лёжа на спине под парусиной.
Не прекращая говорить, Труслоу деловито и виртуозно сщёлкивал с ящиков крышки, мельком просматривал содержимое, а затем ловким пинком вышвыривал коробки наружу. Под откос улетели газовые шали, с жалобным звоном разбился дешёвый китайский сервиз. Наткнувшись на упаковку с исподним, Труслоу задумался было, но через миг сорочки с подштанниками улеглись на кучу прочих вещей. Гадкая морось тем временем перешла в полноценный дождь, хотя ещё не очень сильный. Капли гулко стучали по деревянной крыше вагона над головой.
- Надо уходить. – беспокойно сказал Старбак.
- С чего бы?
- Я же говорил: полковник сейчас мост взорвёт.
- Сдался Фальконеру этот мост! Сколько, по-твоему, уйдёт времени восстановить его?
- По прикидкам полковника – месяцы.
- Ха! А неделю не хочешь? Я же с десятком толковых ребят управился бы за пару дней. Твой полковник гусиное дерьмо от золотого самородка не отличит. – Труслоу катнул ногой к выходу бочонок с содой и подытожил, - Ни черта тут нет.
Соскочив на щебень, сержант удостоверился, что с запада не мчат к поезду кавалеристы северян, и приказал Старбаку:
- В теплушке охраны печка пока не потухла. Притащи мне горсть горячих головней.
- Что вы собираетесь сделать?
- Я собираюсь пристрелить тебя, парень, если ты и дальше будешь морочить мне голову дурацкими вопросами. Живо за углями!
С этими словами он забросил патронный ящик обратно в вагон, а Старбак полез в теплушку. Рядом с буржуйкой нашлось цинковое ведро с углём. Опорожнив его прямо на пол, Старбак подцепил кочергой дверцу печи, открыл и нагрёб в ведро пышущие жаром головни.
Когда он вернулся, Труслоу указал кивком на груду рассыпанных по полу хранилища картузов:
- Туда вытряхивай.
- Вы собираетесь сжечь вагон?
- Чёрт бы тебя подрал, парень!
Труслоу вырвал у Старбака ведро, и тускло рдеющие угольки раскатились по куче жёлтых бумажных скруток. Секунду ничего не происходило. Вдруг вспыхнул один патрон, следом второй, третий, и вся груда запылала одним шипящим, потрескивающим костром.
Труслоу подхватил сумку с добычей и заорал выбравшимся из вагонов подельникам:
- Уходим!
Пассажиры были предупреждены, что любой, кто последует за грабителями, поплатится жизнью. Подручные Труслоу мешками и сумками, лыбились и перешучивались. Пистолетов не прятали на случай, если кто-то из ограбленных в последнюю минуту решится на глупость.
- Дурить могут начать, когда мы минуем баррикаду. – предупредил Труслоу, - Том, Микки, пойдёте со мной замыкающими. Капитан Хинтон, пора!
Хинтон кивнул, под дулом револьвера заставил машинистов забраться в кабину паровоза и полез следом. Громадная махина дохнула паром и с лязганьем тронулась с места.
- Ну же! Ну же! – поторапливал Труслоу Хинтона.
