На секунду Бланж задумался, а потом все равно качнул головой:
– Мой ответ тот же. Буду играть роль эгоистичного мудака.
– Тебе и играть не надо, – буркнула я.
– Ой, дай сюда. – Он вырвал листок из моих рук. – «Что вам больше всего нравится в партнере?»
Господи, ну почему этот вопрос выпал именно мне?
– У тебя красивые глаза, – смущенно произнесла я.
Бланж поморщился:
– Красивые глаза? Ты шутишь, что ли? Ты могла бы сказать, что я лучший в стране. Или что такого таланта ты не видела никогда в жизни. Или хотя бы упомянуть, что мой доход в этом году превысит миллион долларов и для двадцати одного это охренеть как круто, а ты говоришь, что у меня красивые глаза?
Я невольно улыбнулась:
– Да, потому что это так.
– Ты странная. – Бланж покачал головой. – «Обещаешь ли ты не прекращать следовать своим мечтам?» Надо было мне этот вопрос задавать. Ну ладно. О чем ты мечтаешь, Жаклин?
Хороший вопрос. Я мечтала о многом.
– Провести собственную выставку. Увидеть свое фото на обложке журнала. Вернуть дом… – Закончить я не успела, потому что телефон Бланжа, лежащий между нами на столе, зазвонил. Контакт оказался неизвестен: на экране вместо имени высветился номер. Я замолчала.
– Ну так что там? Дальше? – забрасывая в рот кусочек курицы, уточнил Бланж. – Что еще в твоем списке?
Я снова посмотрела на телефон:
– Ты не собираешься отвечать?
Словно так и должно быть и это абсолютно здоровая реакция, он приподнял бровь и бросил:
– Нет.
Как будто не ставил существование телефонов вообще ни во что.
– А вдруг это что-то важное?
– Всего лишь мой отец.
– И он даже в телефонной книге не записан?
Бланж пожал плечами.
– Вы поссорились?
– Кажется, этого вопроса нет в списке.
– А если меня спросят про твои отношения с родителями?
– Того, что я рассказал, будет достаточно. Следующий вопрос.
Он явно не хотел говорить на эту тему, но я и не стала вытягивать из него ответы. Каждый имеет право на свои скелеты в пыльных шкафах.
– Ладно, поехали дальше, – произнесла я, перевернув страницу. – «Поддержишь ли ты меня, когда я сама не смогу себя поддержать?»
– Какие-то грустные пошли вопросы.
– Брак – это вообще не то чтобы сильно весело, если ты не знал. Это больше про ответственность.
Бланж как-то странно притих.
– Видимо, это был именно тот пункт, на котором мои родители сломались когда-то. «Поможешь ли ты ближнему подняться, если жизнь поставит его на колени?» – хмыкнув, произнес он.
Я хотела сказать, что мои даже до первого вопроса не дошли, но вместо этого коснулась его руки пластиковой трубочкой и произнесла:
– А я не сломаюсь.
Каждый школьник Калифорнии знает: города здесь расположены вдоль океана, остальное – пустыня. Вот только мы ехали все дальше в глубь страны, и я понятия не имела куда. Самое забавное – даже не спрашивала, удивляясь иронии ситуации, потому что всю жизнь до сорванной глотки доказывала: никогда не поступлюсь своими желаниями ради какого-то парня, а теперь я бросила все из-за первого встречного, еще и фальшивого к тому же.
– Мы в Аризоне, да? – спросила я, прочитав мелькнувшую за окном вывеску.
Бланж коротко кивнул:
– Санта-Маргарита. Крошечный городок, затерянный среди песка и ветров, но бесконечно прекрасный. Вот именно туда мы и направляемся. Это недалеко от Финикса.
– Насколько недалеко?
– В получасе езды максимум, – ответил Бланж, не отводя взгляд от дороги. – Если что-то понадобится, говори, кто-нибудь отвезет тебя.
– Кто-нибудь?
– Я, – уточнил он и больше не проронил ни слова.
Когда солнце приблизилось к горизонту, мы наконец добрались. Бланж съехал с трассы, сбросил скорость и чуть свернул в сторону, и я увидела место, где нам придется провести это лето. Старый придорожный мотель с треугольной крышей и опоясывающей здание галереей. Видавший виды фасад песочного цвета, печальный пустой бассейн, а вдоль дома железнодорожные пути, которые в этот момент мы пересекали.
– «Санта-Мар». «Святое море», – шепотом прочитала я надпись на вывеске. Судя по всему, когда-то название мотеля копировало название ближайшего городка, но буквы от старости поотвалились, и теперь осталась лишь часть слова.
Машина остановилась, Бланж вышел наружу, оставив меня в салоне одну. Сквозь открытые окна внутрь залетал горячий воздух, смешанный с мелкой желтой пылью. Подхватив свою сумку, я вышла следом, оглядываясь. Солнце уже не пекло, но земля под ногами была красной и горячей, так что даже сквозь подошвы своих тонких шлепанцев я ощущала жар, идущий от нее.
– Эй, Лил, Кас! – позвал Бланж, озираясь по сторонам. – Есть кто дома?
Дом. Так странно, что он называл его именно так. Ведь после роскошного по моим меркам кондо, где мне так и не удалось прожить ни дня, это место своей пустотой и заброшенностью навевало если не ужас, то откровенное уныние. Мотель, который слишком долго не принимал гостей.
Второй этаж, судя по ряду французских окон и выходящих на галерею дверей, был жилым. Первый же был полностью переделан во что-то, смутно напоминающее гараж. Из распахнутых ворот вышел парень и широко раскинул руки.