– На мне шлем, – ответил он, явно не без удовольствия положив руку в перчатке на мои скрещенные на сиденье перед ним лодыжки. – Ты не можешь знать, улыбаюсь я или нет.
– О, поверь, я знаю.
Его руки вернулись на руль, а потом мотоцикл с диким рычанием сорвался с места. Я вцепилась со всей силы в его футболку, не то вскрикнув, не то взвизгнув, не то завопив. Если бы в моей голове и нашлись слова, чтобы описать эмоции, в этот момент они точно были бы нецензурными.
Ветер свистел, мотоцикл откликался рычащим гулом. Дорога впереди была словно взлетная полоса. Но в какой-то момент я вдруг поняла, что не боюсь разбиться. Это было странное чувство. Волнительное и новое. Потому что впервые в жизни я в буквальном смысле оказалась за мужской спиной. Полностью доверяя себя кому-то. И хотя Бланж не мог похвастаться внушительными габаритами, но мужественность ведь не только в росте и ширине плеч, верно? Это что-то иное – внутреннее ощущение безопасности, которое я внезапно почувствовала.
Наша дорога заняла от силы минут десять. Мы остановились на небольшом, поросшем травой и кустарником поле. Лилиан уже припарковалась на обочине и ждала, опершись бедром о свой мотоцикл. А потом начался сущий кошмар.
– Ну давай, Жаклин, пройдись на меня соблазнительно. Вот так, – изобразила она. И проблема в том, что у нее действительно получалось. Задорно, радостно, завлекающе. Но не у меня.
Вряд ли кто-то незнакомый при первой встрече назвал бы меня соблазнительной. Симпатичной? Может быть. Приветливой? Наверное. Но уж точно не соблазнительной. Я не владела арсеналом женских уловок, не умела наивно улыбаться, хлопать ресницами и ходить, привлекательно качая бедрами, хотя с ними мне как раз-таки повезло. Я скорее запнусь обо что-то и шедеврально упаду.
– Ну, хотя бы просто улыбнись, – мягко попросила она.
– Я пытаюсь.
Все, что можно было к этому моменту снять с Бланжем, они уже сняли. И наблюдая за происходящим со стороны, он бросал на меня сочувственные взгляды. К тому же, в отличие от меня, ему не пришлось расставаться со шлемом. У меня же его забрали, и теперь Лил пыталась выдавить из меня хоть сколько-нибудь эмоций. Проблема в том, что я всегда находилась по другую сторону камеры.
– Всё, хватит! Простите пожалуйста. Я знаю, у меня ужасно выходит, – устав смотреть на расстроенное лицо Лилиан, я всплеснула руками. – Я отвратительная актриса!
– Да нет же, все не так плохо, – попыталась успокоить меня она.
– Может лучше надеть на меня шлем?
– Для этого видео нужно твое лицо.
– Слушай, давайте перерыв сделаем? – вмешался Бланж. – Хватит ее уже мучить.
– Но мы не сняли…
– Ну и плевать. Придумаем что-нибудь другое. А для миграционки просто рядом нас щелкнешь.
Боже, как я была ему в этот момент благодарна!
– Не расстраивайся, – произнес Бланж, подходя ближе.
Лил в это время листала в телефоне удачные дубли. Я надеялась, что такие там имелись. Хотя бы один. Потому что эмоции на ее лице были не особо обнадеживающими. Бланж вдруг наклонился, сорвал желтый полевой цветок и протянул мне.
– Просто не забывай, – сказал он, посмотрев в мои глаза так мягко и тепло, снова становясь тем самым парнем у парковки, – что ты очень красивая.
Я знала: Беланже далеко не романтик. Поняла это еще с нашей первой встречи. Может, оттого так растерялась. Изо всех сил попыталась задушить улыбку, но она, предательница, все равно вырвалась наружу.
Щелкнула камера.
– Невероятно! – выдохнула Лил. – Именно то, чего я хотела!
– Мы закончили? – пробормотал Бланж, снова нацепив на лицо маску, лишенную эмоций.
– Да, с первого раза вышло идеально.
– Отлично, поехали.
Он развернулся и зашагал к своему мотоциклу. А я зажмурилась, пытаясь спрятать под веками разочарование. Потому что, как бы ни было обидно признавать, снова попалась на эту уловку. И от этого было вдвойне противнее. Отвернувшись, я нацепила на голову дурацкий шлем, уселась позади Реми на мотоцикл. Тот взревел. И глупые надежды, что все шло от сердца, растаяли вместе с облаком выхлопного газа.
Сны о доме всегда начинались одинаково. Я стояла у порога. Стояла, не в силах пошевелиться, будто увязла в горячем песке. Я не кричала. Не металась по постели. Я научилась сдерживаться, запирая вопли внутри и просто немея от ужаса. Но на этот раз что-то меня разбудило. Вернее, кто-то.
– Бла-а-анж, – простонала я, понятия не имея, каким образом мы оказались почти в объятиях друг друга.
И ладно бы он посягнул на мою территорию: в таком случае я могла бы спихнуть его. Но нет. Это я нагло лежала на его половине, еще и ногу забросила сверху. Хотя, надо признать, Беланже свои обещания выполнял: руки не распускал и честно держал дистанцию.
Во всем виновато это место. Оно настоящая аномалия. Потому что днем не знаешь, куда спрятаться от жары, ночью же сводит зубы от холода. Вот нас и притянуло. Я потерла рукой лицо, прогоняя сонливость, и толкнула Бланжа локтем.
– Что? – резко дернувшись, проснулся он. – В чем дело?
– Ты опять храпишь!
– Тебе показалось.
Чего?! А что меня разбудило, в таком случае?