Отдышался. Обернулся к любимой, и тут же мысленно влепил себе ладонью по лбу, наблюдая, как девушка, попытавшись свести окровавленные бедра, закусила от боли губу… Умаял-таки бедняжку, кобелина!
— Блин, Васька, че ж ты раньше-то меня не остановила? — стал запоздало каяться я.
— Да что вы, барин! Все ж было просто замечательно! — сжав мою руку своими потными ладошками, горячо заверила Василиса свозь слезы.
— Да вижу я, как там у тебя всё было!
— Это я просто сомлела чутка с устатку, барин. Сейчас малехо передохну, и можем сызнова…
— Да какое, нафиг, сызнова! — я раздражено выдернул руку из отчаянного захвата мазохистки, широким скачком спрыгнул с кровати и натянул штаны, спрятав от девушки снова колом стоящий член. — Тебя ж, дуру, чуть до смерти не заездили! У меня ж выносливость, как у гребаного бульдозера! Ты там охаешь все время сладко — я думаю тебе нравится!..
— Мне нравится! Честно-причестно нравится! — закивала Василиса, приподнявшись на локтях.
— Ага, вижу, блин!.. Да лежи ты уже! Тебе после такого
— Но, барин…
— Считай, что это мой приказ! — отрезал я.
И девушка вдруг отчаянно в голос разрыдалась.
— Василиса, ну ты чего, — вернувшись в кровать, я прижал к груди мокрое от слез лицо ревущей подруги.
— Вы… ты… больше меня… не любишь? — промычала сквозь судорожные всхлипы девушка.
— Не, ну ты точно дура! — закатил я глаза к потолку. — Конечно я тебя люблю, глупенькая. Просто, после сегодняшнего гм… нашего отрыва, тебе теперь нужно основательно так подлечиться. И в следующий раз, когда мы снова займемся любовью, я буду сдерживать себя. Делать перерывы. И такого, надеюсь, больше никогда не повторится.
— Правда?
— Ну конечно… А сейчас закрывай глазки, и постарайся уснуть.
— А когда мы снова, ну… этим займемся? Ночью?.. Ты не думай, у меня до ночи
— Не-е, ночью не получится. У меня квест незавершенный на шее удавкой висит. Потому я сюда всего на пару часов заглянул — тебя проведать. И теперь снова в рейд отправлюсь.
— Барин, может на ночку одну все же задержишься?
— Обещаю, Василиса, мы потом обязательно все наверстаем. А пока у меня квест… И вдругорядь здесь я тебя проведаю снова, наверное, не раньше, чем через неделю.
— Ну хотя бы полежи со мной, пока я не засну.
— Конечно, любимая… Закрывай глазки.
Глава 14
С аппетитом треская каравай, я неспешно прошелся по коридору до лестницы и стал спускаться вниз, мыслями уйдя уже в построение нового нехоженого маршрута к границе отвоеванной у тварей территории…
— Ба-барин? — из задумчивости меня вывел заикающийся голос какого-то юнца.
Глянув на склонившегося у основания лестницы в глубоком поклоне слугу, я невольно тут же отметил про себя, что неделю назад этого парнишки в доме точно не было, и моя теория: об экстренном «пополнении» игрой на отбитых у тварей изнанки землях княжества людского ресурса за счет каких-то скрытных внутренних резервов, получила очередное подтверждение. Вслух же небрежно ответил парнишке:
— Ну че там еще?
— Ба-барыня просили ва-вас отобедать, — проблеял юноша, не разгибая спины.
— А че, стряпни домашней заточить — это ща, пожалуй, самое оно будет, — кивнул я. — Благодарю за службу, боец. На-ка, вот, подкрепись, — я сунул распрямившемуся слуге остатки каравая и, хлопнув по плечу, добавил: — Провожать не надо, дорогу в столовую найду без тебя.
Свернув в высокую боковую арку, я зашагал к столовой. По дороге с интересом разглядывая обновленный интерьер полностью отремонтированного нижнего крыла, я не раз ловил себя на мысли, что восхищаюсь потрясающей работоспособностью местных крепостных плотников, каменотесов и прочих маляров.
— Привет, родня, — хмыкнул я, ввалившись в просторный обеденный зальчик, и по-хозяйски, без спросу, уселся на самый массивный отцовский стул во главе стола.
Скривившись в мою сторону, будто куснула недозрелый лимон, мачеха зашипела было:
— Денис, вообще-то…
— Ну, че тут сегодня у нас, — бесцеремонно перебил я «гадюку». — О! Щи! Да со сметанкой! Мне двойную порцию, пожалуйста… Кайф! Знали б вы: как я стосковался по горячей пище!
Где-то сбоку возмущенно зашушукались тетки-приживалки, выражая горячую поддержку оскорбленной моим пренебрежением хозяйке. Но мне на эту подковерную мышиную возню было уже глубоко наср… Пардон, в общем, не за столом будет сказано.
Черпанув шикарной серебряной ложкой из глубокой фарфоровой тарелки, я отправил в рот первую порцию наваристых щей, и тут же полностью растворился в тихом восторге своих вкусовых рецепторов… Очнувшись от умопомрачения лишь когда ложка зашкрябала о пустое фарфоровое дно.
— … Денис, прекрати паясничать, и ответь мне уже наконец! — ярилась рядом Стефания Власовна.
