Стражем среднего алтаря, несмотря на, казалось бы, привилегированный статус объекта охраны, оказался всего-то гигантский таракан ыыбж. О чем предварительно, разумеется, я узнал из карты, обозначившей логово стерегущего алтарь монстра под сарайчиком ближайшего уличного сортира. Опыт проведения победных схваток над «тараканами» у нас с питом за плечами имелся уже приличный. Мы, как водится, устроили на пути рывка твари ловушку из торчащих из земли в противоход кольев. Но, торопясь поскорее покончить со стражем и попасть, наконец, в хранилище, я похоже схалтурил и в этот раз недостаточно глубоко врыл в землю колья. От чего ыыбж, бросившийся по тревоге отстаивать оскверненный алтарь, легко подмял хитиновой броней головогруди хлипкий частокол и на изначальной крейсерской скорости чуть было не домчался до затаившегося у алтаря меня. Пережить же подобное столкновение с тараканоподобным бронетранспортером, положа руку на сердце, шансы у меня были аховые. В общем быть бы беде, если б развитый до стадии короля питомец очень вовремя не устроил шикарную презентацию своей новой абилки.
Ускоренный
Душевно отоварив тут же стража парой сокрушительных ударов в подставленные под мой топор чернильные глаза, я гарантированного завалил грозного противника и, убедившись по начавшейся агонию, что дело сделано, направился разбираться в причине случившейся внезапной остановки.
Каково же было мое изумление, когда, обходя стража, я увидел чуть ли не вдвое, против обычного своего состояния, вытянутый язык пита, нашлепкой свисающий со спины убитого монстра. Сам Зараза обнаружился чуть в стороне. Отчаянно хрипя, бедняга пытался одновременно сплюнуть заполнившую рот кровавую пену и втянуть обратно непослушный язык. Приглядевшись к последнему, я обнаружил на нем многочисленные трещины и разрывы, из которых так же сочились и падали на землю кровавые капли.
Шокирующая правда получила стопроцентное доказательство, когда я с большим трудом, аккуратно подковыривая снизу лезвием топора, смог отодрать от спины ыыбжа намертво к нему приклеившийся кончик языка пита. Я и в недавнем рейде несколько раз замечал, как Зараза концом языка читерски «слизывал» и, без намека на зацеп, отправлял тут же зазевавшихся тварей в раззявленную пасть. Но в текучке рейда особо приглядываться к напарнику времени не было, и я списывал этот фокус в исполнении пита на игру света — мол, на самом деле питомец цеплял языком очередную жертву своего гастрономического интереса, просто с неудачного ракурса этот его стремительный зацеп я не смог разглядеть. Теперь же, когда так эпично все открылось, я узнал, что у питомца появилась дополнительная абилка: липкий в нужный момент язык. И, не загарпунив рогами бок прошмыгнувшего мимо «таракана», Зараза мгновенно скастовал эту абилку и метнул вдогонку шустрому ыыбжу свой быстрый, как молния, язык. Последний тут же намертво пристал к спине стража, и таки заарканивший противника питомец спас в очередной раз мне жизнь, едва не лишившись, однако, при этом своего замечательного языка.
Аккуратно скатав валиком основательно надорванный и непослушный теперь на какое-то время язык, я вложил его в окровавленную пасть скулящего жалобно грома-быка и, наказав бедолаге ковылять потихонечку к освобожденному алтарю, призвал из пространственного кармана контейнер, и до автоматизма отточенными за это утро манипуляциями скоренько собрал со стража законную добычу. Ожидания мои не обманулись, разлившийся тонким слоем по огромной туше серый «кисель» почти сразу же окрасился насыщенным голубым цветом — походу, я сорвал джек пот.
Так-то, конечно, мутагены ыыбжа стадии короля следовало уступить отличившемуся при его нейтрализации Заразе, но, из-за проблемы с языком, едок из питомца сейчас — никакой. Бросать же столь ценную добычу рядом с алтарем, без присмотра, чревато было вероятностью, что, мутагеном стража, в наше отсутствие, закусит какой-нибудь пришлый зверь. Потому, пусть лучше очередная партия ценного ресурса гарантированно сохранится в моем контейнере, и стопудово будет направлена в дальнейшем на наше с питом общее развитие.
