Король вдруг понял, что у него есть небольшой временной зазор. А уж как этот зазор использовать, мысль пришла мгновенно. Своих людей он оставил, не доезжая до места, и приказал:
— Езжайте к шерифу округа и ждите меня там. Буду скоро.
А сам ускакал в Хантц.
На подступах к замку одинокого всадника, конечно же, заметили. Но шума никто поднимать не стал. Зачем? Если король сам стучится в ворота, закрывшись плащом до самых глаз, и хочет остаться неузнанным, значит, так тому и быть.
Стражник отворил ему немедленно. Поклонился. Родхар бросил поводья и соскочил с коня, спросил только:
— Где?
Тот вытянул руку, показывая. Дальше Родхар уже знал дорогу.
Мара с утра возилась в саду.
Полола сорняки, подвязывала побеги, поливала, пересаживала. Обстригала подсохшие побеги с большого розового куста. Из тех веточек, что она отсадила отдельно, две принялись. Но их еще надо было выхаживать и выхаживать, пока они окрепнут и дадут первые цветы. Это было важно. На самом деле, ей просто нужно было занять себя, чтобы не думать постоянно и не нервничать. Пошел только второй день, как Родхар уехал, а ожидание уже выматывало до невозможности.
Гизел первое время вертелась рядом, но такой фанатичной привязанности к работе в саду у нее не наблюдалось. Поэтому девушка вскоре отравилась заниматься нарядами Мары. Их всех нужно было проверить, подгладить, подготовить. А Мара осталась одна.
Собственно ей именно этого и хотелось сейчас.
Сидела на матушкиной скамейке у стены, сложив руки на коленях, и смотрела в пространство. Вдруг резко отворилась калитка, и как будто вихрь ворвался в сад.
Родхар!
Она только ахнула и тут же оказалась в его объятиях. Прижалась крепко-крепко, а он ее поцеловал так жадно, словно хотел выпить душу. Потом шепнул в губы:
— Одевайся! К вечеру буду.
И так же стремительно вышел.
Она даже слова не успела вымолвить, спросить ничего не успела! Так и опустилась обратно на скамейку, слушая, как скрипнули, а потом затворились замковые ворота, и раздался удаляющийся конский топот. Ведь вроде ничего не изменилось, а счастлива была как дура.
А Родхар уехал к шерифу, где и планировал дожидаться кортежа. Успел перекусить, принять ванну и почистить перышки. Надо было привести себя в порядок. Ведь не каждый день королю выпадает жениться.
Да еще по любви.
Неизвестно, как распространяются сплетни, но в замке мгновенно узнали обо всем. И тут же заметались, как наскипидаренные. В считанные часы вылизали все до блеска.
Когда наконец королевский кортеж подошел к замку, Мара от волнения не чувствовала под собой ног.
Герольды, королевские знамена…
Зазвучали трубы, и в открытые ворота замка первой въехала большая, богато украшенная повозка. Следом с ближайшим окружением сам король. Из повозки вышла исполненная ответственности генеральская вдова с гербовой лентой на рукаве и прошествовала вдоль выстроившихся в два ряда стражников в большой зал.
И началось королевское сватовство.
Для Мары все прошло ужасно быстро и как во сне. Окончательно осознала реальность она, когда наутро выехала с кортежем в столицу. Там, в часовне королевского замка должно было состояться венчание.
Снова она смотрела, обернувшись назад, как исчезают вдали стены родительского замка. И думала, в который уже раз уже ей предстояло проделать эту дорогу? В третий?
Первый раз на отбор, второй раз в долг, а теперь вот…
Она глубоко вдохнула и, пропуская мимо ушей тарахтение Гизел, разглядывавшей всех и все комментировавшей, уставилась в окно. Нашла взглядом спину Родхара и…
И тут она увидела волка. Призрак важно трусил рядом с королем по правому борту повозки. Хорошо, что Мара сидела, а то так и села бы с открытым ртом.
Кортеж вроде бы двигался неспешно и несколько раз останавливался в дороге, и все равно к вечеру они прибыли в Лендрио. А завтра в полдень должно было состояться королевское венчание.
И вот на том самом венчании оно и произошло.
Обычно такие значимые события, как королевская свадьба, не свершаются так скоропалительно. Но ведь всему этому предшествовал отбор, по завершении которого как раз и должно было состояться венчание. Да еще вмешались жизненные обстоятельства в виде короткой и победоносной войны с Грихвальдом.
В общем, все состоялось быстро.
Будущая королева шла к алтарю в простом синем платье. Оно было единственное ненадеванное из тех, что Родхар когда-то приобрел для нее в Даршантце. Гизел хотела подготовить ей другое, понаряднее, но Мара сказала, что в новую жизнь пойдет только в новом.
И пусть платье было скромным, зато на груди ее красовалась широкая орденская цепь! Ну, и ожерелье с крупными бриллиантами — маленький подарок Родхара на свадьбу. Остальное Мара просто не стала надевать.
Конечно, кое-кто смотрел ей вслед с недовольством, а за спиной шептались. Однако золотая орденская цепь, полученная за подвиги в войне, затмевала даже блеск бриллиантов, и злословить открыто никто не решался.
А венчание королей Хигсланда происходило в два этапа. И вот об этом стоит рассказать подробно.
