— Ну?! Я слушаю! — рыкнул король. — Как ты разорил вверенные твоей заботе земли, и мы из-за этого недополучили подать?!
А тот вдруг залепетал:
— Не могу знать, сир, мы люди простые… Обманули поставщики, затребовали высокую цену… А мы как же, нельзя не исполнить приказ короля… Сир, ваше величество…
— Мы понесли убыток по твоей вине, — повторил Родхар и повернулся к секретарю. — Капитана стражи ко мне. Этого к дознавателям. Пусть посидит в подвале, пока не расскажет все.
— Сир! — вытаращив в испуге глаза. — Я не знал! Я…
— Если хочешь из подвала выйти, вернешь ВСЕ, что ты утаил от казны! — жестко отрезал король. — Но сначала, чтобы впредь не повторилось воровство, ты подпишешь отказ от всех прав. Отныне имение родовое имение Хантц находится под опекой короны.
Дальше было просто.
Составить документ о передаче опекунских прав короне для секретаря было делом десяти минут. А после того, как бумага была подписана, трясущийся Меркель Хантц отправился в тот самый подвал, в котором до него успела побывать матрес Елена Фоурм.
— Отныне пристально следить, чтобы подати в казну поступали вовремя! — приказал Родхар и отпустил секретаря. — Свободен.
Оставшись один, король откинулся назад и прикрыл глаза. По губам скользнула нехорошая улыбка. Теперь девица с серебристыми волосами, выжигавшей ему разум, фактически принадлежала ему.
И это меняло многое.
Еще некоторое время Родхар просидел за своим столом с закрытыми глазами, потом, ведомый внезапным порывом, направился в маленькую внутреннюю часовню, в которой хранился главный артефакт рода — Ледяной меч Айслинг. Постоял, посмотрел на святыню рода и, насвистывая, вернулся обратно.
А настроение улучшилось настолько, что он вызвал к себе матрес Гермиону Пасквел и отдал распоряжение провести внеплановый музыкальный вечер. Дама восприняла по-своему.
— Сир, ваше величество, — сказала она. — Это несколько неожиданно, девушки не успеют подготовиться так, чтобы вы могли оценить их таланты по достоинству. Но я сделаю все, что смогу. Итак, сир, что это будет, что бы вы хотели услышать? Пение, декламация?
Родхару на мгновение показалось, что у него разболелись все зубы. Было острое желание отправить предприимчивую генеральскую вдову назад в деревню. Однако он сдержался.
— Пусть это будет просто бал, матрес Пасквел. Ужин, танцы. Считайте, что это перерыв в отборе.
— Да, конечно, ваше величество, — присела в поклоне смотрительница.
Видно было, что будь ее воля, она бы выбрала расширенную программу, но это королю настроения не испортило.
А вечером на балу Родхар смеялся шуткам и даже танцевал несколько танцев. В этот раз чести танцевать с королем удостоились не только принцесса Амелия и леди Истелинда, но другие девушки.
Это было первое проявление интереса за уже долгое время. Что, естественно, не ускользнуло от пристального внимания придворных. Пошли шепотки о возможном появлении новых фавориток.
Принцесса Амелия восприняла стоически, как и положено будущей невесте короля. А вот леди Истелинду это обеспокоило. Она решила принять свои меры, чтобы вернуть королевское внимание.
Сам король о том, какое брожение в умах могло вызвать изменение в его поведении, не задумывался. Родхара волновало другое.
Сначала, конечно, чувство глубокого удовлетворения перекрывало все. Но потом, когда закончился бал, и он отправился в свою спальню, приподнятое настроение сменилось беспокойством.
Ему снова и снова приходил на память последний отчет. Те фразы из него.
«Хантц… Мара-Элизабета… Подать не уплачена… Имущество арестовано…»
«Замок в состоянии крайней нищеты, земли разорены полностью»
Черт бы его побрал!
Как эта девчонка там живет?!
Каким бы циником Родхар ни был, его коробило от этих мыслей. Он снова видел ее перед собой, как там, в лесу, когда прямо на нее выскочил волк. И потом, когда отбил ее у старого мерзавца Малгита и вез ее на своем коне в лагерь. Он только сейчас по-настоящему понял, что девушка может подвергаться опасности, и похолодел.
Это следовало исправить.
Не нужно было обладать даром пророчества, чтобы догадаться, что подать она заплатить не сможет. И убедить как-то отсрочить платеж, сослаться на то, что опекуна нет на месте, Маре не удалось. Все ее попытки, кроме лишнего позора, ничего не принесли.
Королевский сборщик податей сунул свой нос в каждый амбар и погреб, осмотрел и сосчитал все. Но этого было мало. Он еще тщательнейшим образом обследовал замок, до нитки обчищенный дядей Меркелем. После чего заявил ей:
— Ни о какой отсрочке не может быть и речи. Вам попросту нечем платить. Не-чем.
Еще и пометку сделал в своем отчете:
«Замок в состоянии крайней нищеты, земли разорены полностью».
А потом выгреб то последнее, что оставалось, и напоследок, прежде, чем уехать, снизошел до того, чтобы дать совет:
— Вам, мадхен, надо в ближайшее время найти себе мужа, который будет в состоянии оплатить ваши долги. В противном случае, замок отойдет короне вместе с землями. Подумайте о своем будущем и поторопитесь.
Это было последней каплей.
